Струны и пуанты стоят денег

– Давайте начнем с того, что четыре спектакля в неделю – тяжело. За этим колоссальный труд коллектива…

– Наш коллектив работает наизнос, особенно, оркестр. Если у нас артисты, вокалисты заняты равномерно, хор – только в операх, то балет и оркестр – во всех спектаклях. Состав оркестра у нас один. Я, как руководитель, понимаю, почему артисты оркестра переходят в другие творческие коллективы, где за ту же зарплату – нормированная рабочая неделя. В театре они заняты с 10.00 до 22.00.

Как-то я поинтересовалась: как питаются артисты? И мне сказали, что артисты оркестра очень редко заходят в буфет из-за недостатка времени. Нужно быть все время в «форме»: сегодня у тебя «Ромео и Джульетта», завтра «Кармен», послезавтра «Тоска» и т.п.

Утром ты репетируешь один спектакль, а вечером – у тебя другой. Ты должен еще успеть перестроиться. Вот такие у нас в оркестре мастера!

К нам приезжали западные дирижеры, они были в восторге от нашего оркестра, потому что музыканты сразу чувствуют руку дирижера, не сопротивляясь идут за ним. А ведь всего предоставляем две большие репетиции. Это говорит о большом профессионализме нашего коллектива.

Теперь поговорим о расходах на материалы. Струны, трости для деревянных инструментов и т.п., покупаются оркестрантами на собственные средства. К сожалению, субсидии на это не предусмотрены. Конечно, как руководитель, я вижу эти вопросы и пытаюсь их решить.

Такой же вопрос стоит с пуантами для балерин, стоимость которых доходит до 45 тысяч тенге. Обновлять пуанты приходится каждые 2-3 месяца. Кроме этого нужны хорошие инструменты, новый балетный пол и др.

– Чтобы быть интересным зрителям, нужны современные постановки.

– Сцена театра была реконструирована в начале 2000-х. Сегодня технологии ушли далеко вперед. Мы понимаем, что для использования современных театральных технологий в новых постановках необходима реконструкция или полное обновление осветительного оборудования. Это необходимо потому, что когда приезжают маститые режиссеры, «световики», художники, все в один голос твердят, что в мире уже такое оборудование практически не используют, так как оно не дает ожидаемый эффект.

Поэтому, когда мы выезжаем на гастроли, партитура нашего света не всегда может полностью быть реализована, и мастерам приходится быстро адаптироваться под предлагаемые условия, а это не всегда может работать на качество спектакля.

Сейчас у нас много планов, мы ангажированы в лучшие европейские театры. Недавно мы были с гастролями в «Астана Опера», где нам любезно предоставили услугу по онлайн трансляции наших гастрольных спектаклей.

Труппа получила очень много хороших отзывов от наших зарубежных партнеров. Гастрольная программа включала новые спектакли, поставленные как нашим режиссером Ляйлим Имангазиной, так и известными зарубежными режиссерами. «Астана Опера» – театр «класса А».

Здесь прекрасный свет, отличная акустика, просторная оркестровая яма. Все спектакли прошли с большим успехом. К сожалению, у нас в театре не такая хорошая акустика, да и яма у нас узкая.

– Это связано с тем, что театр постройки 1936 года?

– Нет, в постройке 1936 года оркестровая яма как раз была большая. После реконструкции 2000 года яма в два раза уменьшилась за счет увеличения зрительских мест. Артисты оркестра сидят неудобно, они друг друга не видят и, зачастую, не слышат. Все упирается в мастерство наших артистов и, конечно, дирижера. Тот, кто прошел школу театра им. Абая, «выживет везде». Акустически надо просмотреть театр.

После реконструкции специфика поменялась. Наши артисты, выходя на сцену, не всегда слышат оркестр. С существующим дисбалансом акустики живем, работаем, творим. Здесь надо сказать о мастерстве артистов. Они приспособились ко всему, но каким трудом мы добиваемся этого мастерства.

Бои местного значения

– В последнее время вокруг театра, а именно ГАТОБ им. Абая, много разговоров, скандалов, публичных заявлений артистов. Что скажете об этом?

– В каждом творческом коллективе случаются подобные инциденты. За 85 лет истории это, к сожалению, не первый случай, который вышел за пределы театра.

Театр, как айсберг, имеет видимую часть – творческий коллектив, текущий репертуар, новые громкие проекты, красивое здание и невидимую часть – так называемое «закулисье». Последний инцидент, имевший место, связан именно с «закулисной» жизнью коллектива.

Я считаю, говорить публично о вопросах, связанных с организацией внутренней деятельности театра, «выносить сор из избы», не всегда нужно.

Последний обсуждаемый вопрос в СМИ был связан с выполнением отдельными членами коллектива Правил внутреннего распорядка, графика рабочего времени, в принципе, существующих везде и всегда. То есть вопроса: когда хочу, тогда прихожу и когда хочу, ухожу, – не должно быть.

Есть трудовой распорядок и его нужно выполнять согласно индивидуальному трудовому договору. В случае несогласия, работники в соответствии с Трудовым кодексом могут обратиться в согласительную комиссию. В случае несогласия, есть, в конце концов, суд.

Кроме того, у каждого работника есть право расторгнуть трудовой договор в случае несогласия с условиями труда.

В театре – семичасовой рабочий день. Работодатель оплачивает именно это время. Правильность составления графика работы каждого творческого цеха зависит от его руководителя. Никто не требует, чтобы весь состав хора, оркестра, балета, все 70-90 человек работали все семь часов подряд. Безусловно, есть индивидуальные, мелкогрупповые, сводные репетиции. Существует отдельно работа с хормейстером, балетмейстером, концертмейстером, дирижером и т.п.

Все творческие цеха театра работают в таком режиме, к сожалению, исключением из правил стал хор, который считает, что рабочий день артиста хора – это 3 часа. В действительности артисты хора в целом владеют своим репертуаром.

Однако оттачивать свое мастерство – это удел профессии артиста и для этого, помимо общих репетиционных часов, артистам выделяется время на самоподготовку. Именно в это время можно заниматься с концертмейстером, делать свои сольные программы, готовить отдельные концерты. Коллектив хороший, даже, можно сказать, отличный.

Я, как руководитель, ничего не говорю о профессионализме артистов, речь идет о профессиональной, продуктивной организации труда. Я прошу организовать грамотно свой семичасовой рабочий день. Каждый час должен быть использован активно и работать на качество предлагаемого зрителю продукта.

А когда мне сообщают: «Мы когда хотим, тогда и приходим», не могу такое допустить. В коллективе – 600 человек. Театр – это режимный объект. Для меня, как руководителя, важна, прежде всего, дисциплина. Если не будет дисциплины, тогда что случится с театром?

Я понимаю, что в театре зарплаты невысокие, но, подписывая свой трудовой договор, каждый член коллектива принимает на себя определенные обязательства, которые необходимо выполнять.

Со всеми артистами подписаны индивидуальные трудовые договоры.

– Как работает театр, каков распорядок рабочего дня?

– Обычный график работы, любого члена коллектива при шестидневной рабочей неделе – 7 часов в день с 10.00 до 18.00, с перерывом на обед. При пятидневной рабочей неделе – 8 часов в день с 09.00 до 18.00, также с перерывом на обед.

Бывают дни, когда артистов вызывают два раза – утром и вечером. В дни постановок новых спектаклей весь коллектив работает в режиме «дедлайн», практически целыми днями, иногда до глубокой ночи.

Конечно, есть особенность в построении рабочего дня, каждые 1,5 часа после активного пения или урока артистов балета дается небольшой перерыв. Традиционно день артиста включает в себя работу с концертмейстером, педагогом-репетитором, хормейстером, дирижером и самостоятельную работу по разучиванию новых и повторению партий текущего репертуара и т.п.

Работу артистов курируют руководители – главный дирижер, главный балетмейстер, главный хормейстер, руководитель оперной труппы, главный режиссер. В дни спектаклей, обычно, солистам устанавливается щадящий режим, так как спектакль длится от 3-х до 4-х часов.

– Театр живет за счет государственных субсидий?

– Да. Поэтому думать и говорить о том, что театр зарабатывает огромные деньги и не знает, куда их потратить, это абсурд! Артисты видят полные залы и считают, что доход от продажи билетов очень большой. Но они забывают, что цена на билеты в театр устанавливается государством с учетом обеспечения доступности разных социальных слоев населения.

Кроме того, театр предоставляет достаточно мест для социально уязвимых слоев населения, школьников и студентов творческих организаций образования.

Отмечу, что это делается в соответствии с Законом «О культуре». Каждый спектакль – это дорогостоящий проект. В нем занят почти весь коллектив: оркестр, хор, балет, солисты, гримеры, костюмеры, бутафоры, работники сцены и т.п. Конечно, с точки зрения экономической выгоды, каждый спектакль – убыточный, однако с точки зрения обогащения духовного мира граждан Казахстана – это не имеет цены.

Театр зарабатывает как казенное предприятие 10% собственных средств, которые идут на содержание здания, приобретение основных средств, стимулирующие надбавки.

Театр имеет очень плотный график работы, ежемесячно осуществляет до 16 постановок, а в год – до 136, при этом еще идут репетиции по новым операм и балетам. В связи с чем, разговоры о предоставлении площади в аренду не имеют основания.

Театр иногда проводит совместные мероприятия со своими партнерами, которые формируют имидж театра и работают на расширение зрительской аудитории. При этом оплачиваются расходы театра, связанные с амортизацией оборудования и оплатой коммунальных услуг.

Театр – это производство

– Театр – маленькая творческая фабрика, где все работает на выход спектакля… – Театр – это производство. Здесь цеха. Руководитель должен владеть всей информацией: техника безопасности; укомплектованность квалифицированными кадрами, формирование бюджета, обеспечение материалами, разработка перспективных планов развития на несколько лет вперед и т.п. Театр имеет огромные традиции, которые передаются из поколения в поколение, из рук в руки, из ног в ноги.

Мы гордимся не только нашими солистами, творческими коллективами, но и работниками производственных цехов.

Ведь все спектакли изготавливаются руками наших мастеров: от крупных декораций, до предметов бутафории и пошива костюмов и обуви, шляп и аксессуаров. Если не будет цехов, то театр вынужден будет обращаться за помощью к зарубежным компаниям, что будет в значительной мере вести к удорожанию спектакля.

Кроме того, мы потеряем свои традиции в изготовлении декораций, и, самое главное, – людей уникальной профессии.

– В театре – дефицит солистов. Как решается этот вопрос?

– В оперном театре – главное артисты. Творческие коллективы – это душа театра. А лицо театра – это наши солисты. Конечно, сейчас мир открыт, миграция творческих мастеров сцены стала естественным процессом. Юридически мы не можем остановить своих артис тов от выбора иного театра, коллектива.

Однако ситуацию можно использовать с пользой для театра: приглашать солистов, дирижеров, хореографов, режиссеров, художников. Когда приезжают приглашенные дирижеры, они привносят новые детали и штрихи в прочтение репертуарных спектаклей.

Это более свежий взгляд на произведение, которое мы слышим годами. Привлекая признанных мастеров сцены, мы сами растем. В настоящее время театр находится в поисках интересных дирижеров, которые на систематической основе будут к нам приезжать и работать с оркестром.

Так как за один приезд ничего не сделаешь, нужна постоянная, кропотливая работа. Такая практика соответствует мировым тенденциям. В настоящее время театр сотрудничает с ведущими деятелями искусства России, Италии, Бразилии, Австралии, США и т.п. Конечно, делать большой акцент на приглашенных артистов бессмысленно, так как наш театр – репертуарный, у которого есть свои уникальные традиции, со своей постоянной труппой.

Мы должны сохранять, приумножать и пропагандировать свои устоявшиеся традиции. Нужно найти «золотую середину» между существующим выстроенным миром нашего театра и новыми веяниями мирового исполнительского искусства. Сейчас у нас большие планы, мы хотим вступить в Ассоциацию оперы Европы, в театральную Ассоциацию российских оперных театров.

– Может, стоит заменить репертуарный театр более экономичной и мобильной моделью гастрольного театра, театра-помещения, где труппа собирается на один спектакль и потом распадается? В театральном мире бушует спор двух концепций: у каждой свои преимущества, но у первой, которой вы придерживаетесь, есть сильный козырь – национальная культурная традиция.

– В Казахстане мы – единственный репертуарный театр в классическом понимании. Такого богатого по репертуару театра в Казахстане нет. В этом и феномен нашего театра.

Еженедельно театр ставит по четыре крупных полотна, помимо этого проводит абонементные концерты, организует образовательные программы, культурно-массовые мероприятия. Думаю, в настоящее время ни один театр страны сейчас эту планку не возьмет, а мы не имеем права ее понизить.

До реконструкции театра в неделю труппа давала по 6 спектаклей, иногда в день даже по два – дневной и вечерний! Поражаюсь, как люди работали! Думаю, это удавалось еще и потому, что в труппе было больше артистов. В настоящее время мы не добираем по количеству солистов и артистов оперной и балетной труппы, у нас есть до сих пор вакансии.