ЛИТЕР: – Ранняя диагностика – одно из базовых направлений в борьбе с раком. Онкодиагнозы стали встречаться все чаще, и, увы, недуг молодеет...

Мухтар Тулеутаев: – Согласен. По данным Международного агентства исследований онкозаболеваний и ВОЗ ежегодно увеличивается количество людей, которым диагностирован рак. Это мировая тенденция. И в Казахстане, к сожалению, смертность от рака примерно на одном уровне с мировыми данными. К сожалению, рак молодеет, злокачественные заболевания могут диагностироваться даже у новорожденных. К счастью, среди детей меньше заболевших онкологией, чем среди взрослых. Чаще всего онкозаболевания встречаются в возрастном диапазоне от 49 до 75 лет. Среди женщин на 1-ом месте рак молочной железы, и в целом этот вид онкозаболевания лидирует. У мужчин – рак легкого. В общей структуре смертности на 1-ом месте также первенствует рак легкого.

Литер: – Это связано с курением?

Мухтар Тулеутаев: – Курение – очень большой фактор риска, и уже научно доказано, что оно играет сущест венную роль в развитии рака легкого. Но сегодня известно, что курящие рискуют заработать также рак полости рта, языка, губы, глотки, слюнных желез, пищевода, желудка. В дыме сигарет и табака, кроме никотина, есть смолы, насыщенные канцерогенными веществами. ЛИТЕР: – Какие еще факторы риска мы можем назвать? В интернете пишут, что если есть близкие родственники, заболевшие раком, то надо быть начеку, особенно по женской линии.

Динара Кенбаева: – Онкогинекология вроде бы узкая сфера, но в тоже время и широкая. 1-ое место здесь на протяжении многих лет занимают опухоли шейки матки, на 2-ом месте – яичников, а на 3-ем – рак тела матки и рак влагалища и вульвы. Рак шейки матки – это не генетическая предрасположенность. Здесь влияют заболевания, передающиеся половым путем. Наличие инфекций может вызывать воспаление слизистой шейки матки и различные патологические изменения. Сначала появляется эрозия, потом – дисплазии различного характера и т. д. Сейчас существует скрининг, когда у женщин берут мазок и отправляют на онкоцитологию. Каждая женщина, живущая половой жизнью, следуя правилам ухода за собой и своим телом, должна сдавать онкоцитологию раз в год. А если женщина не живет половой жизнью, то там могут возникать другие риски: миома матки, кисты яичников и другие патологии. В общем, есть риски и у тех, и у других. Надо помнить, что наличие инфекции влияет не только на шейку матки, но также на новообразования яичников. Лечить необходимо все воспалительные процессы. Различные кисты в яичниках женщины зачастую не замечают и не лечатся. В этом же ряду стоят гормональные изменения. Поэтому женщинам, у которых есть нарушения менструального цикла, необходимо быть внимательными.

ЛИТЕР: – Получается, неразборчивость в половых связях вполне может привести к онкозаболеваниям?

Мухтар Тулеутаев: – Хочешь долго жить и быть здоровым – соблюдай правила: держи не только тело в чистоте, но будь чистым в своих помыслах.

ЛИТЕР: – Как часто надо проходить скрининги?

Мухтар Тулеутаев: – Скрининг рака шейки матки женщинам надо проходить с 30 лет, если женщина живет половой жизнью. Рак молочной железы – с 40 до 70 лет. Колоректальный рак – с 50 до 70 лет. В нашей стране на сегодня три вида скрининга: на рак молочной железы, рак шейки матки и колоректальный рак. Надо проходить обязательно. Все бесплатно, все за счет государства. Если раньше была градация каждые два года, то сейчас – без проблем. Допустим, если женщина не прошла в 30 лет, то она может пройти и в 31. Во всем мире скрининги проходят по-разному, к примеру, в Японии некоторые скрининги проходят два раза в год. Заболеваемость онкологией, скажем, в Европе и Америке, ЮгоВосточной Азии и Японии выше, чем у нас. Но и продолжительность жизни там выше. Потому что у них ставится рак на ранних стадиях, и в этом случае лечение эффективней, пациент дольше живет. У нас, к сожалению, в среднем чуть больше 60% выявляется на 1-2 стадиях. За последний год диагностируется 1 стадия до 30%, соответственно, эти люди могут выздороветь на 100%.

Поэтому скрининги предназначены, чтобы выявлять заболевания на ранних стадиях, когда человек еще не чувствует, что болен. На этой стадии можно своевременно «поймать» заболевание и провести лечение. Поэтому в масштабах республики много проводится просветительской работы с населением. В столице каждую неделю по субботам мы проводим Дни открытых дверей, и такие же акции проходят в районных поликлиниках. Мы принимаем бесплатно всех желающих, консультируем по разным направлениям. Насколько активно население? Приходят, примерно, человек 100. На скрининги ходят «со скрипом»: коллеги из поликлиник бегают за каждым и приглашают на прохождение скринингов, хотя это благо, которое государство предоставляет нашим гражданам бесплатно. Все исходные материалы – за счет госбюджета. Человек должен проявлять солидарную ответственность за свое здоровье, должен делать шаг вперед и проходить все эти исследования, а не ходить по знахарям и различным консультантам, ведь так зачастую упускается время. Через наш Центр в год проходит более 10 тысяч пациентов. Проводится более 4 000 операций. Около 6 000 пациентов принимают химиотерапию и другие виды лечения. Около 1 000 – лучевую терапию. Лечение комплексное. Сегодня у нас делаются онкологические операции и в областных онкодиспансерах. Применяем современные методы лечения. Лекарственная и лучевая терапии – на современном мировом уровне. Это огромный шаг в лечении онкозаболеваний.

На территории бывшего СССР ни одно государство не обеспечивает лекарствами онкобольных так, как в Казахстане. В Европе, кроме Франции, так называемые таргетные препараты не выдаются бесплатно. В других странах их стоимость покрывается государством всего лишь на 20%, а остальная сумма идет из кармана пациента. У нас препараты бесплатные. Они стоят как минимум от 1 000 долларов до 1, 5 миллиона тенге за одну ампулу или упаковку, поэтому сейчас огромные средства вкладываются в здоровье наших граждан. При этом, хотя у нас нет дефицита кадров, нагрузка на докторов – колоссальная. Нет единицы измерения этой нагрузки. Само заболевание непростое. Доктор все пропускает через свое сердце, переживая за каждого больного. Нет такого врача, который бы не переживал за пациента: доктора ведь тоже люди. Любое осложнение или не ожидаемый эффект лечения тоже отражаются на психологическом статусе доктора.

ЛИТЕР: – Наши люди не ходят на скрининги и обходят кабинеты онкологов от недоверия или незнания? Оказывается, встречаются женщины, которые не подозревают о существовании таких специалистов, как маммологи...

Юрий Жуков: – Люди думают, что они заняты более важными делами, чем их здоровье. Они зарабатывают деньги, боятся потерять работу, занимаются семейными делами, то есть оставляют свое здоровье на потом и обращаются только тогда, когда появляются симптомы. Что касается рака молочной железы, то женщины иногда не ходят на скрининги и не обращаются к врачам из-за элементарного страха. Ведь зачастую их страшит не само заболевание, а последствия. В физиологическом плане этот орган предназначен только для кормления детей грудью и больше ни для чего. А в эстетическом – это элемент женской красоты, и многие дамы боятся: вот я приду к онкологу, что он со мной сделает? Вдруг возьмет и удалит молочную железу? В этом плане могу сказать: обращайтесь вовремя, мы можем выполнять органосохраняющие операции. Это актуально и для молодых женщин. К сожалению, в молодом возрасте РМЖ встречается не так уж редко. Он занимает 1-ое место. Мы ежегодно выявляем 300 случаев РМЖ в нашем городе, а по республике – более 4 000. Заболевание очень серьезное и требует серьезного лечения, но в то же время оно простое для диагностики: чтобы поставить диагноз, иногда достаточно «робкого» глаза. Чаще всего женщины к нам обращаются, когда сами нащупывают опухоль. Но и сама система маммографического скрининга эффективна. Она рекомендована женщинам от 40 до 70 лет. Маммография и рентген молочных желез позволяют выявить те опухоли, которые невозможно прощупать пальцами на самых ранних стадиях, которые меньше 0,5 см. Если такие изменения находятся, то это повод для более углубленного обследования. Но благодаря улучшенной системе диагностики маммографического скрининга мы выявляем до 80% случаев на ранней стадии. Понятно, чем раньше обращается женщина, тем эффективнее лечение, есть надежда на полное выздоровление.

Динара Кенбаева: – Дорогие женщины, надо помнить: доброкачественные опухоли, эндометриоз никуда не исчезают. Не может быть надежды на «авось пройдет». Не пройдет! Нужно лечиться. И если показана операция, ее ни в коем случае нельзя откладывать. Тем более в наше время, когда новые технологии – те же эндоскопия, лапароскопия – избавляют не только от больного органа, но и от уродующих рубцов, больших разрезов. Да, косметический эффект тоже очень важен. Нельзя недооценивать этот психологический момент. Кроме того, операции, которые выполняются с помощью таких уникальных технологий, позволяют сохранить репродуктивную систему женщины. С минимальной травмой мы можем удалять огромные опухоли, избавлять от недержания мочи, опущений органов. Сейчас сложная жизнь: люди дорожат своей работой, своей зарплатой. Я уж не говорю о качестве жизни. Женщина себя чувствует нормально, начиная с первых дней после операции.

ЛИТЕР: – «Скрининг колоректального рака» – трудно даже выговорить. Что это такое?

Мухтар Тулеутаев: – Это рак толстого кишечника и рак прямой кишки, наиболее часто встречаемое заболевание. Профилактика простая: соблюдать правильный режим питания, уменьшить потребление красного мяса и консервированных продуктов, есть больше овощей и фруктов, следить за весом. Больше двигаться. Все в меру. Следующее – прохождение скрининга. Если человек прошел скрининг на колоректальный рак, то он может в течение 4-5 лет быть спокойным. Часто колоректальный рак возникает на фоне полипов, то есть наростов, говоря простым языком, на слизистой кишечника: они в процессе жизнедеятельности разрастаются и перерождаются в злокачественные. Поэтому нашим гражданам хочу сказать: не надо стесняться скрининга колоректального рака!

ЛИТЕР: – Почему многие наши пациенты едут лечиться за границу? С чем это связано, если у нас в этой области позитивные сдвиги?

Мухтар Тулеутаев: – Нет должного освещения в СМИ. Мало говорим о достижениях. Те же препараты, которые применяются для лечения онкозаболеваний в Корее, Японии или в США, применяются и у нас. Протоколы лечения созданы на основе американских и европейских протоколов лечения и диагностики. Когда к нам на мастер-классы приезжали хирурги из Южной Кореи, то они удивлялись, что мы оперируем самых тяжелых пациентов и лечим, получаем неплохие результаты. Они зачастую отказываются от таких пациентов и говорят им: езжайте домой. О таких моментах надо говорить. У нас каждый день – борьба за пациентов. Каждый пациент индивидуален. Подобрать к нему соответствующую схему лечения, в том числе психологический подход, – это, можно сказать, искусство. Поэтому, на мой взгляд, люди от незнания едут в другие страны. Сегодня в Казахстане эту же помощь получают бесплатно. Объем лечения и все остальное абсолютно идентичны тому, что есть в зарубежных клиниках.

ЛИТЕР: – В нашем обществе об онкологии даже говорят иносказательно. Шепотом произносят: «Плохая болезнь», когда кому-то диагностировали онкозаболевание.

Олжабай Кожагалиев: – У меня встречный вопрос: разве есть хорошие заболевания? Онкология – не приговор. Людям надо поменять сознание. Вовремя проходить скрининги. Вести здоровый образ жизни. Бороться с вредными привычками. Экология, стрессы – все это тоже факторы риска. Не надо бояться идти к врачу. К сожалению, чем плоха онкология – она не дает о себе знать долгое время. Если что-то беспокоит на протяжении долгого времени, при этом еще наблюдается снижение веса, надо идти к врачу.

Динара Кенбаева: – Думаю, мы должны воспользоваться трибуной «ЛИТЕРа» и сказать: наши люди, если у них что-то не болит, не обращаются к докторам. И, конечно, нельзя скрывать свою болезнь. Наши женщины годами стесняются. Скрываем. То скрываем от мужа, то скрываем от сотрудников, то скрываем от детей, от общества. Из-за недержания мочи ходим с памперсами, но не идем на операцию.

ЛИТЕР: – Психосоматика и онкология. Много говорят о силе мысли, о непрощенных обидах и о нереализованной мечте...

Динара Кенбаева: – Многое зависит от настроения пациента. Это однозначно. Сила мысли играет огромную роль. Есть пациенты с 1-ой стадией, уже настроенные на негативный исход. И тогда буквально за полтора года происходит быстрое прогрессирование заболевания. А иногда приходят с 3-ей стадией и живут 5 лет, а иногда и больше... Многое зависит от поддержки родственников, близких и друзей.

Мухтар Тулеутаев: – Важен дух не только пациента, но и его семьи. Очень сложно врачу вести одностороннюю борьбу. У нас в Центре есть такая Служба поддержки пациента. Она работает со всеми. Ко всем надо подходить индивидуально.

Олжабай Кожагалиев: – Улыбайтесь больше. Жизнь одна. Зачем обижаться? Любая обида – это стресс, а он в свою очередь провоцирует бессонницу, потерю аппетита или же, наоборот, происходит срыв иммунитета. Организм – уникальная система. Он может победить любое заболевание! Добрые помыслы, веселый нрав. Впадать в уныние из-за любой причины – это неправильно!