Не секрет, что с каждым годом все больше растет число государств, рассматривающих космос как зону своих геополитических интересов. Рассказать о космических программах Казахстана в гостиную Миры Мустафиной приглашены замглавы Министерства цифрового развития, инноваций и аэрокосмической промышленности Республики Казахстан Марат Нургужин и ветеран Байконура, пресс-секретарь АО "Республиканский центр космической связи" Сара Нургалиева.

ЛИТЕР: – Интерес человека к космосу не угас, наоборот, еще больше усилился благодаря развитию науки и техники. Сегодня Казахстан в ряду космических государств, таких, как США, Россия…

Марат Нургужин: – На прошлой неделе мы провели VII Форум "Дни космоса в Казахстане: Байконур – колыбель мировой космонавтики", где было зарегистрировано более 1 200 человек. За годы проведения этого мероприятия это небывалый интерес к космической отрасли со стороны самых обычных людей. Более 600 участников из 25 стран и 140 компаний. На Форум приехали руководители отраслевых компаний космических держав.

Казахстан активно продвигает космические технологии в отечественную экономику. Мы входим в список 15 стран, которые обладают космическими технологиями. У нас есть свои космонавты – Тохтар Аубакиров, Талгат Мусабаев и Айдын Айымбетов. Мы обладаем спутниковыми группировками (сейчас у нас три группировки в космосе, они нарабатывают летную историю). Наша страна имеет инфраструктуру, в том числе систему высокоточной спутниковой навигации, производственные участки для производства компонентов и самих спутников (буквально на днях мы подписали акт о завершении строительно-монтажных работ сборочно-испытательного комплекса аппаратов). И, конечно, у нас есть Байконур.

Главная тема этого форума – "Байконур – колыбель мировой космонавтики". Эксплуатировать стартовые площадки Байконура для запусков космонавтов и транспортных кораблей на международную космическую станцию будут и в будущем. Эти все аспекты, естественно,заставляют Казахстан активно двигаться в направлении развития космической деятельности в экономике страны.

Сара Нургалиева: – В этом году тема Форума была определена не случайно. Байконур сегодня находится в преддверии нового этапа своего развития. И вообще, тандем Казахстан – космос как будто был предопределен самой Судьбой, Всевышним, когда 65 лет назад было решено, что именно в казахской степи будет построен космодром. Байконур – это первая проложенная дорога в космос для всего человечества.

А реально космическая деятельность Казахстана началась в 1991 году, когда наш Елбасы Нурсултан Назарбаев объявил космодром Байконур собственностью Казахстана и пригласил все республики бывшего СССР участвовать в продолжении освоения космоса.

ЛИТЕР: – Космос всегда был государственной прерогативой. Всплеск интереса к космосу сейчас наблюдается со стороны частного бизнеса. Как вы это объясните?

Марат Нургужин: - В последнее время появились частные инвесторы в космические программы. Деятельные бизнесмены и прогрессивные компании. Они зарождаются не только в США, но и в России, Китае, есть и в Казахстане. Отечественные компании, которые используют космические технологии в ряде отраслей, небольшие, но все же можно сказать, что первые ростки появились. Конкуренция среди частного бизнеса пробудила новый всплеск интереса. Уточню: до сих пор единственным средством доставки как спутника, так и космонавта в космос является все-таки ракетоноситель и космодром. Девять стран в мире обладают космодромами, позволяющими запускать спутники. Поэтому страны, обладающие пусковыми услугами, ракетоносителями, борются за клиентов и за тех, кто производит спутники, которые можно запускать либо на околоземную либо на геостационарные орбиты. Эта конкуренция порождает снижение стоимости пусковых услуг.

Илон Маск в конце 90-х годов был в России и интересовался технологиями, многие советские идеи заимствовал в реализации своих пусковых программ. Он, кстати, использовал лучшие советские технологические решения – это космическо-ракетный комплекс "Зенит-М" (первый космический комплекс, который в автоматическом режиме запускал ракеты в космос, безлюдная технология).

Снижение стоимости пусковых услуг является конкурентным преимуществом. В этом плане коммерческими пусками занимаются Россия, США и Европейское космическое агентство. Кроме того, к коммерческим пускам присоединились сейчас Индия и Китай. Эта конкуренция дает хорошие перспективы для запуска спутников. Поэтому бизнес, придя в космос, внес существенные коррективы в стоимость пусковых услуг и использования космических технологий.

ЛИТЕР: – Многие продолжают сомневаться, мол, зачем нам нужен космос, и считают, что потраченные на него деньги могли бы принести пользу совсем в других сферах жизни...

Марат Нургужин: – Если рассуждать на уровне обывателя, то – да, конечно, зачем? Но обыватель, используя свой мобильный телефон, не подозревает, что это – космические технологии, или, используя свой навигатор, что это тоже – космос. Подгузники – это тоже космос. В первую очередь, это – связь, телевидение, передача данных и широкополосный доступ в интернет. Для этого используются геостационарные спутники, они находятся на расстоянии 36 тысяч км от поверхности Земли. В Казахстане два геостационарных спутника: "KazSat-2" и "KazSat-3". Они на 100% обеспечивают все услуги, связанные с мобильной связью, телевидением и интернетом. Обеспечивают связью отдаленные населенные пункты. В последнее время на рынке спутниковой связи появляются новые технологии и, кстати, инициированные частным бизнесом. Это низкоорбитальные спутники. Например, группировка спутников One Web будет находиться на высоте 1 000 и 1 200 км, их порядка 648 спутников. Они будут обеспечивать интернетом с большой скоростью – до 40-50 Мбайт в секунду (мы обеспечиваем 10 Мбайт в секунду) с низкой задержкой сигналов.

Илон Маск раскручивает низкоорбитальную группировку спутников. Там порядка 12 тысяч маленьких спутников. Первые спутники запущены в феврале и в мае этого года. Как только эти технологии будут протестированы, в следующем году мы планируем восемь запусков спутников One Web с Байконура. Казахстан участвует в запуске этой перспективной группировки. Мы выделяем нужные районы падения. То есть эти две технологии будут не конкурировать, а наоборот, дополнять друг друга. По-моему, 2,5 миллиарда населения, в основном находящегося на территории экваториальных государств, вообще не имеют связи. Благородные идеи бизнесменов направлены на обеспечение их интернетом и связью. Соответственно стоимость услуг будет низкой для каждого потребителя.

Если говорить о других спутниках, есть еще и навигационные группы спутников. Они летают на расстоянии 17-22  тысяч  км, обеспечивают на постоянной основе навигационный сигнал. В этом плане мы разрабатываем наземную структуру системы высокоточной спутниковой навигации. В Казахстане размещены 60 дифференциальных станций, которые позволяют с точностью до миллиметра определять местоположение тех или иных объектов. Это картография, геодезия, строительство, земельные ресурсы. Имеются конкретные потребители, которые используют этот сигнал для позиционирования тех или иных объектов.

Третье назначение – это спутники дистанционного зондирования Земли. Это как бы космические фотоаппараты и видеокамеры, которые находятся в космосе и позволяют наблюдать за тем, что происходит на поверхности Земли и даже заглянуть под нее. Казахстан обладает уже тремя спутниками дистанционного зондирования земли с разрешением один метр (это высокое разрешение). Всего 9-10  стран обладают такой технологией. Есть спутник среднего разрешения, и мы запустили в конце прошлого года свой научно-технологический спутник, разработанный нашими инженерами. Он имеет разрешение 17  метров и используется для мониторинговых задач различных отраслей экономики, к примеру, сельского хозяйства (пастбища, опустынивание, растениводство, прогноз урожая).

Я бы еще назвал четвертое направление – это наука. Изучение околоземного пространства, межпланетного пространства, дальнего и близкого космоса. Для этого на орбиту выводятся спутники-телескопы, которые наблюдают за дальним космосом, исследуют историю зарождения Вселенной, межпланетных и солнечно-земных связей. В Казахстане есть ряд обсерваторий в горах, позволяющих проводить исследования. И, конечно, огромную исследовательскую работу проводят на Международной космической станции. Казахстан благодаря нашим трем космонавтам сделал пять научных программ. Казахстанские ученые их формировали, а потом космонавты в космосе проводили исследования, связанные с медициной, питанием, геологоразведкой.

ЛИТЕР: – Сколько в космосе спутников… В связи с этим возникает вопрос о космическом мусоре: не свалится ли он нам на голову?

Марат Нургужин: – Первая космическая скорость – семь км в секунду, спутник летящий с такой скоростью не упадет на землю. Важно правильно и точно вывести спутник. А если в процессе выведения будет совершена ошибка, то этот спутник, падая, как правило, сгорает в плотных слоях атмосферы. А те, которые выведены точно, будут находиться на орбите. Естественно, когда они выработают ресурсы, то превратятся в мусор. Есть так называемая "орбита захоронения", куда выводятся старые спутники, и они не мешают действующим. Кроме того, в настоящее время рассматриваются технологии, которые будут утилизировать космический мусор.

ЛИТЕР: – Современные спутники могут распознать человека, полезные ископаемые?

Марат Нургужин: – Если используются спутники радарного диапазона, то они позволяют заглянуть на 90-100 метров под землю. Сейчас рассматривается новая спутниковая группировка, которая позволит наблюдать в режиме онлайн. Казахстан рассматривает вступление в этот проект. Мы рассматриваем все варианты, наша цель – не только владеть спутником, но и войти в группировки и решать задачи, которые нужны экономике Казахстана. Интерес к космосу никогда не иссякнет, особенно к дальнему космосу. Сейчас в рамках ООН вырабатывается Дорожная карта-2030, ее главный аспект направлен на освоение Луны и планетных систем. На Луне много интересного, в том числе – полезные ископаемые. К примеру, человечество интересует гелий как топливо для термоядерных реакторов. Термоядерные реакторы – это будущее энергетики. Следующее – Марс. Освоение Марса будет вестись с точки зрения исследования человеческих возможностей и выхода человека за пределы Земли. Создание первых поселений на Марсе. В космосе абсолютный холод, перепад температур, материалы должны быть радиационно стойкими, это еще и отсутствие атмосферы, большая ионизация и многое другое. Человек не может преодолеть радиационные пояса без особой защиты, чтобы полететь на Марс. Это было бы билетом в одну сторону. Поэтому ученые работают в этом направлении.

ЛИТЕР: – Поговорим о планах Казахстана в освоении космоса...

Марат Нургужин: – С Россией мы работаем над двумя проектами. Пока мы участвуем в качестве наземной инфраструктуры. Это модернизация Гагаринского старта – того знаменитого старта, с которого первый человек полетел в космос. В этом году его поставили на консервацию. Россия, Казахстан и ОАЭ будут вкладывать средства в модернизацию этого комплекса, чтобы оттуда продолжались полеты, в том числе и космонавтов. Второй проект на базе правого фланга космодрома Байконур – это космическоракетный комплекс "Зенит-М". Это уникальные ракеты, о которых я говорил и которые использовал Илон Маск. Мы его вывели из аренды Российской Федерации и будем создавать космическо-ракетный комплекс "Байтерек" с новыми ракетами "Союз-5" и "Союз-6".

ЛИТЕР: – Мы выпускаем свои ракетоносители?

Марат Нургужин: – Да, в советское время на заводе ПЗТМ выпускались ракеты, например, метеорологические. Определенный класс ученых у нас имеется. В рамках направления "Национальная безопасность и оборона" мы инициировали проект по разработке топлива для ракет с системой управления. Пусть это ракеты и военного назначения в интересах министерства обороны, но на их базе мы, отработав эти технологии, можем перейти к разработке легких или сверхлегких ракет.

ЛИТЕР: – А есть ли в Казахстане кадры, которые могут конструировать ракеты?

Марат Нургужин: – На базе национального космического центра мы создали СП "Ғалам", при нем есть специальное конструкторско-технологическое бюро. В этом СП работают 86 инженеров, которые прошли обучение на ведущих заводах России, Франции и других стран. Есть задел, есть база. Конструкторское бюро мы создали еще в 2007 году. В этом же году создали Космическое агенство под руководством Мусабаева Талгата Амангельдиевича. За эти десять лет мы практически создали космическую отрасль. Если мы эти темпы будем сохранять, то войдем в список полноценных космических держав.

ЛИТЕР: – Что еще может придать импульс развитию космической отрасли в Казахстане?

Марат Нургужин: – Два проекта: Гагаринский старт и "Байтерек". Есть потенциал. 171 инженер сейчас работает на Байконуре для сохранения правого фланга и его модернизации. Обучение для нас было очень важно. Пять университетов готовят специалистов по космическим технологиям. Задействована программа "Болашақ". Своя программа в "Казкосмосе" – стажировка за рубежом. В каждом проекте мы рассматриваем трансфер технологий. Это не просто заказали иностранцам, получили и используем. Мы сами постоянно в этом процессе. Страна, которая хочет войти в тридцатку передовых стран, должна обладать самыми современными технологиями, в том числе космическими.

ЛИТЕР: – В этом году финансирование космической отрасли было на уровне порядка 8 миллиардов тенге. Поступают ли средства за аренду Байконура в отрасль?

Марат Нургужин: – 115 миллионов долларов за аренду. Они напрямую поступают в государственный бюджет на ежеквартальной основе и используются во всех отраслях экономики. Сейчас рассматривается создание свободной экономической зоны на Байконуре. Это инициатива акимата Кызылординской области и Казкосмоса. Вот сейчас прорабатывается концепция и межгосударственное соглашение с Россией. Мы планируем обсудить предложение использовать 20% на развитие города и 80% – на развитие космоса. Эти вопросы изучаются. Не все так просто. Но почему бы и нет? В рамках Форума была отдельная сессия по Байконуру. Разные идеи были, вплоть до создания международного космопорта под эгидой ООН.

ЛИТЕР: – Из фейсбука поступил вопрос в Гостиную о сотрудничестве в сфере космоса между Казахстаном и США.

Марат Нургужин: – Мы с США усиливаем кооперацию в космической деятельности. Рассматриваем различные варианты для сотрудничества. К примеру, есть такая идея – межконтинентальные перелеты пассажирских самолетов (ракетопланов), которые стартуют из США и за очень короткое время могут быть на другом конце планеты. У нас есть уникальная площадка – "Буран", и мы предложили американцам использовать ее. Тогда от Байконура должна быть мощная логистика в ближайшие города. Кто-то хочет в Пекин из США. Вместо 16 часов, он будет лететь 3-4 часа.

ЛИТЕР: – Многих беспокоит проблема гептила. Некоторые связывают гибель сайгаков с ним. Ваше мнение?

Марат Нургужин: – Трагедия с сайгаками имела место в Западном Казахстане. Там гептильные ракеты не падают. Гибель сайгаков исследовала целая группа ученых. Выезжали. Изучали. Никаких следов гептила не было найдено. Ученые определили, что сайгаков поразил бруцеллез. На самом деле ракетное топливо сгорает при соприкосновении с воздухом. Почему гептил используют? Потому что это высококипящий компонент топлива, и он обеспечивает большую динамику и высокую тяговую способность. Это топливо использовалось, как правило, в военных целях и ракетах для вывода спутников. Сейчас разрабатываются новые компоненты топлива. В 2025 году ракетоносители с гептилом не будут использоваться на Байконуре.

ЛИТЕР: – Будет ли задействован туристический потенциал Байконура?

Марат Нургужин: – В Казахстане семь туркомпаний, которые имееют лицензии на привоз туристов на пуски ракет. Байконур вошел в 10 топ-туробъектов Казахстана. Сейчас акиматом выделены средства на разработку ТЭО по данному направлению. Байконур открыт для туристов.

Сара Нургалиева: – Понять по-настоящему космос можно, увидев старт ракеты. Следующий репортаж предлагаем литеровцам сделать со стартовой площадки Байконура. Видя и ощущая мощь, огонь ракеты, преодолевающей земное притяжение, понимаешь, что человек – всего лишь маленькая песчинка, и все мы равны перед Богом и Космосом…