Конструктивные действия граждан всегда будут опошляться и дискредитироваться различными авантюристами и предателями Родины, которые будут пользоваться уведомительным характером митингов и провоцировать органы внутренних дел на агрессию, чтобы получить политические очки у своих международных «хозяев».

Новое веяние такой оголтелой митинговщины – это разжигание синофобских настроений. Мы уже видели истерики по поводу 55 заводов, теперь, 26 октября, готовится протест под более размытым лозунгом – против китайской экспансии и за освобождение «казахо-уйгуров» из лагерей перевоспитания. Скажу прямо – оба тезиса максимально беззубые. Но давайте мы разберемся подробнее, чтобы у предателей Родины не осталось совершенно никаких аргументов.

Для начала – что такое экспансия? Экспансия, говорит нам «Википедия», – «это территориальное, географическое или иное расширение зоны обитания, или зоны влияния отдельного государства, народа, культуры или биологического вида». То есть, если бы китайцы задумали настоящую экспансию, то ханьцев в Казахстане было бы гораздо больше, чем нашего многонационального народа. Мы бы говорили по-китайски, пользовались бы китайским WeChat, ели бы китайскую еду. Очевидно, что ничего такого не наблюдается. Значит, и экспансии нет. Но разве врагам государства достаточно этого? Нет, они продолжат нести чушь!

Карта китайского присутствия

Мы уже слышали тезис о том, что в Казахстан якобы переносят устаревшие и опасные для окружающей среды заводы. Только на деле перечень совместных казахстанско-китайских проектов включает 55 различных производств на 27,5 миллиарда долларов в сферах машиностроения, индустрии, агропромышленного комплекса, химической и фармацевтической промышленности, нефтегазовом секторе и в сфере энергетики. Все эти проекты проходят государственную экспертизу, а значит, застрахованы от любых излишеств. То есть это совершенно новые проекты, в число которых, например, входит и алматинское метро, которое жители южной столицы давным-давно облюбовали и с радостью им пользуются. Только об этом враг государства не скажет.

Еще враг родины напомнит, что все эти проекты делаются на китайские кредиты. Да, мы получаем кредиты от других государств. Но самое важное заключается в том, что у нас мало китайских кредитов. По данным Национального Банка, внешний долг Казахстана перед КНР – $11 млрд, или 6,5% ВВП, из них межфирменная задолженность – $4,8 млрд. Гарантированный государством внешний долг перед КНР составляет $1,2 млрд. Это ничтожно маленькая цифра.

Например, по последним данным (конец мая этого года), государственный внешний долг Кыргызстана перед Китаем составил 1 миллиард 711,6 миллиона долларов. Общий размер госдолга КР составляет 3,8 млрд долларов, то есть почти половина всех кыргызских долгов принадлежит Китаю. Долг Шри-Ланки Китаю составляет целых 80% ВВП. Этой стране, чтобы рассчитаться по долгам, пришлось отдать КНР свой порт на 100 лет! Таджикистан, чей долг Китаю составляет более 20% от ВВП, отдает свои месторождения в разработку китайским компаниям. Заметьте – долги при этом платятся на коммерческих основаниях.

Никто не отдает свой народ и свою землю. Нигде нет нашествия китайцев, захватывающих страны. То есть мы видим, что китайское присутствие в Казахстане – это только взаимовыгодное партнерство. И это только самая малая часть китайской экономической политики в мире – всего в рамках проекта «Один пояс – один путь» КНР по всему миру финансирует инфраструктурные проекты на 8 трлн долларов! Наш внешний долг в 11 млрд – это копейки в общей чаше. Мы гораздо больше должны европейским странам. При этом я хочу заметить, что за последние годы объем торговли с Китаем у нас только снижается: мы значительно меньше продаем им ресурсов и настолько же меньше покупаем техники и промышленного оборудования. Наша зависимость даже от китайских товаров не носит какого-либо радикального значения – хотелось бы, откровенно говоря, больше.

Очевидно, что осторожное отношение властей в отношении государственного долга – это результат политики Назарбаева, который всегда рационально использовал соседство с нашими большими и великими соседями – Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой. Инициатива «Один пояс – один путь» на деле будет очень выгодна для нас при рациональном использовании. У Казахстана сейчас огромный транзитный потенциал, который прекрасно понимают в КНР. Мы можем быть и будем мостом Китая в Россию и Западную Европу – большим этапом нового Шелкового пути, с помощью которого товары нашего соседа будут находить новые рынки сбыта.

Об этом на Валдайском форуме говорил Президент Токаев: «Мы резонно позиционируем себя как транзитный и торговый мост между Европой и Азией. За последние десятилетия Казахстан инвестировал более 30 миллиардов долларов в транспортную инфраструктуру. Построено более 2 тысяч километров железных дорог, реконструировано 7 тысяч километров автомагистралей, портовые мощности на Каспии увеличились до 27 миллионов тонн. В итоге сегодня через Казахстан проходят пять железнодорожных и шесть автомобильных международных коридоров. До 2025 года мы планируем инвестировать дополнительно 20 миллиардов долларов в транспортно-логистические проекты. Мы выступаем за открытость нашего пространства для новых жизнеспособных транспортно-логистических решений».

Да, мы со своим небольшим населением не так интересны Китаю, но у нас другая миссия – мы практически всю историю были скрепляющим звеном между Востоком и Западом. Еще Наполеон говорил, что политика государства определяется его географическим положением. Казахстану необходимо пользоваться теми привилегиями, которые нам даровал исторический процесс в виде нашей большой территории в самом центре Евразии.

Очень важно отметить, что Казахстан, как и Россия, относится к имперским нациям – оба государства можно смело называть наследниками Золотой Орды. Это важнейший период в нашей истории, определивший тот факт, что мы сейчас занимаем такие огромные территории. И, в сущности, «Один пояс – один путь» представляет собой огромный инфраструктурный проект, который должен представлять альтернативу гегемонии США и сделать Евразию центром мира, связующим звеном между различными громадными рынками.

Важно понимать, что на протяжении ХІХ века Китай был унижен Западом и жаждет своего реванша. Сейчас никто не может спорить с КНР, и даже крупнейшие корпорации вынуждены прогибаться под волю его политического руководства в вопросах поддержки Гонконгских протестов. Будьте уверены – выход Китая на мировую сцену затмит всю историю Запада за последние 500 лет. Сейчас Поднебесная готовится к колоссальному технологическому рывку, который сделает эту страну законодателем мод – на ближайшее столетие уж точно. Все будут жить так, как живет Китай, или проиграют.

Казахов никто не обижает!

Когда речь заходит про взаимовыгодное сотрудничество с таким громадным игроком, как Китай, все сразу отчего-то вспоминают про то, что в СиньзцяньУйгурском автономном регионе ведется якобы жесткая политика по отношению к национальным меньшинствам. Считается, будто там притесняют уйгуров и казахов. Удивительно, как люди забывают важнейшие факты истории взаимоотношений. На деле то, что происходит сейчас в КНР – это борьба против сепаратистов.

КНР – конфуцианская страна – не имеет привычки жестко ассимилировать и подавлять чужие идентичности: даже политика, касающаяся деторождения, не распространялась на национальные меньшинства. Нынешний жесткий контроль СУАР прежде всего связан с тем, что уйгуры хотят свою страну на территории Китая, в состав которого они очень давно входят.

Давайте обратимся к истории. В 1992 году Всемирный уйгурский курултай, состоявшийся в Стамбуле в декабре, принял решение о переходе к вооруженным методам борьбы за «независимость».

В 1993 появилось Исламское движение Восточного Туркестана (ИДВТ) – организация, выступающая за отделение Синьцзяна от Китая. Стали совершаться многочисленные теракты, начиная с 1992 года, когда в центре города Урумчи в автобусе 52 маршрута взорвалась бомба. Трое пассажиров погибли, а 23 получили ранения.

В новом тысячелетии сепаратисты перешли к более массовым и кровавым акциям террора. 2008 год – нападение на полицейских в Кашгаре. Четырнадцать полицейских погибли на месте и двое умерли по дороге в больницу, а еще 16 получили ранения.

В 2010-м в Аксу двое нападавших террористов заехали на трехколесном мотоцикле в толпу людей и бросили взрывчатку. Большинство из погибших были местными полицейскими: пять из них скончались на месте, а еще двое скончались от полученных ранений в больнице. В 2011-м в Кашгаре произошел подрыв двух заминированных машин.

Также террористы проводили теракты и убийства в сопредельных странах. В Алматы в 1999 году 4 боевика убили полицейского и были уничтожены в бою на Новой площади. В 2001 году они совершили нападение на инкассаторов БТА Банка – похищенные деньги должны были идти на финансирование сепаратизма в СУАР. В Кыргызстане террористы из СУАР регулярно убивали полицейских, самая последняя акция – это попытка подрыва посольства КНР в 2016 году. И это только малая часть преступных деяний, которые были совершены уйгурскими сепаратистами.

КНР реагирует сообразно: если они не будут жестко контролировать и оцифровывать территорию СУАР, то получится бойня. Сможет ли Китай подавить восстание миллионов уйгур? Безусловно, сможет. Но какой ценой? Кровью. Конечно, даже якобы кровожадный китайский режим такого делать не хочет. Этого хочет только один «демократ» – Аблязов. Он был бы рад, если миллионы беженцев из СУАР полились бы в Казахстан, чтобы у нас повторился сирийский сценарий, чтобы просто огромное количество обездоленных людей, которым не нужна была никакая независимость, из-за алчности террористов приехали в Восточный Казах стан. Я был в Европе и видел, к чему приводит кризис нелегальной миграции, как растет преступность, как люди гибнут в нищете, хотя они всего лишь искали лучшей жизни там, где нет войны.

Аналогичная история сейчас происходит между Турцией и курдами. Эрдоган был вынужден начать военную операцию «Источник мира», чтобы отодвинуть воинственный 40-миллионный народ от своих границ и гарантировать целостность своей территории. В Каталонии, почти в самом центре Европы, происходят сепаратистские акции, которые заканчиваются реальными сроками для людей, которые начали движение за отделение от Испании. А вспомните баскские теракты и ирландскую освободительную армию, которая терроризировала европейский континент!

То, что сейчас происходит в СУАР, – это контроль над ситуацией. Возможно, местами чрезмерный и жесткий, но в таких делах, когда население твоего региона поддерживает опасных сепаратистов, бдительность лишней не бывает. Лучше повсеместное наблюдение и жесткий контроль, чем бомба замедленного действия под боком.

Кому нужна война?

Аблязов хочет, чтобы люди протестовали против якобы бесчеловечной политики Китая, но он постоянно врет о том, что там происходит. Ему противен спокойный и миролюбивый Казахстан, у которого выверенные отношения и с Россией, и с Китаем. Ему хочется объявить войну всем и сразу – так может поступить только сумасшедший, который желает краха своей государственности.

Как говорил Президент, мы расположены на перекрестке исламской, конфуцианской и восточно-христианской цивилизаций. Великий шелковый путь, Золотая Орда, евразийство составляют важные звенья культурного кода казахов. Именно благодаря такому культурному коктейлю мы были и остаемся островом мира в Центральной Азии – нас не коснулись территориальные и национальные конфликты, мы, наоборот, всегда сохраняли стабильность и старались помогать тем, у кого это не получилось. Поэтому сила казахского народа в его гибкости. Только так можно быть успешным и вообще выживать, находясь между двумя громадными державами.

Важно понимать, что мир меняется. Сейчас единственный фактор принадлежности к стране, к государству – это институт гражданства. Современные технологии и интернет размывают границы наций и национальных государств. Когда-то Нурсултан Назарбаев призвал казахов со всего мира возвращаться на историческую Родину. Те, кто захотел, вернулся. Те, кто сейчас является гражданами КНР, находятся вне зоны наших политических и национальных интересов, потому что сделали свой выбор – остались там.

Нашим национал-патриотам было бы хорошо обращать внимание на проблемы казахов в самой стране, а не кивать в сторону Китая, где на самом деле живут другие – и культурно, и политически – люди. Они хотят, чтобы по мифическому зову крови государственники метнулись спасать людей, чьи предки давно уехали в поисках лучшей жизни, игнорируя при этом международные соглашения. В 1996 и в 1997 годах между Республикой Казахстан и Китайской Народной Республикой был подписан ряд документов, в частности, Совместные декларации, где были прописаны пункты в отношении к национальному сепаратизму. «В совместной декларации 1996 года стороны подтверждают, что они выступают против национального сепаратизма в какой бы то ни было форме, не допустят осуществления на своей территории какими-либо организациями и силами сепаратистской деятельности, направленной против другой стороны».

В декларации 1997 г. стороны также подтверждают, что будут «выступать прoтив всякого рода национального сепаратизма, не допуская на своей территории направленную против другой стороны сепаратистскую деятельность любых организаций и сил, а также, исходя из взаимного уважения пути развития, выбранного народом каждой из сторон с учетом конкретных условий своей страны, проводить взаимное ознакомление с политикой и практикой осуществляемых реформ...» («Совместная декларация Республики Казахстан и Китайской Народной Республики» 1997 г.).

И когда казахстанско-китайскую границу пересекают какието люди и представляются казахами – мы должны им верить? Они – не наши граждане. Возможно, это бежавшие от преследования террористы и нарушители закона. Мы и из Сирии возвращали только наших СОГРАЖДАН, а не просто казахов. Это очень важный факт!

Сейчас в Казахстане живут 238 тысяч уйгуров (а не 600 тысяч, как хочется некоторым оппозиционерам), и они – граждане Казахстана, такие же, как русские, казахи, корейцы, дунгане и другие представители нашего многонационального народа. Мы должны заступаться за этих людей, если им предъявляют незаконные обвинения или требования.

Те же, кто 26 октября соберется на митингах против «китайской экспансии», не пройдут проверку на предателя Родины. Они автоматически должны быть записаны в число тех, кому мы не должны подавать руки при встрече и помогать по необходимости. Я знаю, что среди них есть заблуждающиеся, коим неизвестны все перечисленные мной факты, но я знаю и то, что есть абсолютно искренние ненавистники спокойствия в Казахстане. С ними у государства должен быть отдельный разговор.

                                                                                                                                                                Ермухамет ЕРТЫСБАЕВ