«У МЕНЯ СОТНИ УЧЕНИКОВ ВО МНОГИХ СТРАНАХ МИРА»

– Вы написали уже довольно много книг и публикаций, некоторые из них переведены на иностранные языки, лично знакомы с представителями научных и культурных кругов и давно могли бы профессионально заниматься публицистикой, но выбрали именно карьеру школьного учителя, с чем связан подобный выбор?

– Успешно окончив филологический факультет КазГУ в 1983 году, я поступил в аспирантуру и начал работать в Институте языкознания Академии наук КазССР. А директор Института и мой наставник академик Абдували Кайдаров возлагал на меня большие надежды.

Но я понял, что мое настоящее место в школе родного села Каргалы (в прошлом – пос. Фабричный). Судьба мне подарила замечательных учителей – Кудыс Абсаметовича Абсаметова, Галий Камаловича Досымбетова. Они были кумирами моего детства: фронтовики, кавалеры многих боевых и трудовых орденов и медалей, спортсмены, широко образованные, обаятельные и скромные люди. К. А. Абсаметов был Героем Социалистического труда. И глядя на них, мне хотелось быть таким же. Еще до поступления в университет я являлся старшим пионервожатым.

С раннего утра до позднего вечера я трудился тогда в школе, возился с детьми, и мне это очень нравилось. А когда начал работать в городе, мне было некомфортно, душно, не хватало сельской обстановки, учеников. Решил вернуться в свой родной поселок и продолжить дело своих учителей в Каргалинской средней школе № 1 (ныне – СШ им. Абсаметова). Работал учителем, потом завучем, долгие годы был директором. И я не жалею о своем выборе. У меня сотни учеников во многих странах мира, которые с благодарностью вспоминают родную школу, любимых учителей, поселок. Поверьте, это дорогого стоит.

– Но учителя требуются и в крупных городах, к тому же здесь больше возможностей для профессионального роста, для встреч с коллегами, единомышленниками, для участия в интересных мероприятиях. Село не дает таких возможностей.

– Сегодня многие люди пишут о своих родных аулах, ратуют за возрождение села, при этом сами уже давным-давно живут в городах. Аналогично есть люди, которые, ни дня не проработав в школе, дают указания, чему и как следует учить детей. Но лично я свою жизнь навсегда связал с родным селом. Здесь прошла жизнь родителей, я родился и вырос, появились на свет мои дети…

В многонациональном Фабричном жили выдающиеся личности. Купец Сергей Шахворостов, построивший в 1910 году суконную фабрику, волостной правитель Сат Ниязбекулы, принимавший участие в праздновании 300-летия Дома Романовых в Петербурге, директор суконного комбината Ануарбек Джурунов, председатель поселкового совета Жумагали Балькибаев, врачи Исхак Алибеков и Сырым Кударов…

Я горжусь своим отцом имамом Абдыкадыр-кари Иминовым. Он открыл в Фабричном одну из первых мечетей в Казахстане в 1943 году. Это были достойнейшие люди, которых уважали не за их должности, а за их моральные качества, порядочные и добрые сердца. Так, Ануарбек Джурунов в годы Великой Отечественной войны организовал вокруг поселка подсобное хозяйство, где выращивали пшеницу, ячмень, овощи, картофель, разбивали яблочные сады, разводили лошадей, коров, овец, свиней. А произведенную продукцию реализовывали по очень низким ценам или раздавали бесплатно нуждающимся. Это помогло моим землякам выжить в те суровые годы. До последних своих дней солдатские вдовы были благодарны этому человеку. О своем родном поселке я написал книгу «Первая Каргалинская…». Почему я назвал свою книгу так? Первая фабрика, одни из первых мечетей, школ, больниц в республике были открыты в нашем поселке. Этой книгой я выполнил долг перед своими земляками. Любовь к родному краю для меня это и любовь к природе. В пору моего детства мы с друзьями часто ходили в горы, начиная с ранней весны.

Собирали цветы, горный лук и ревень, любовались природой, слушали пение птиц. А вдоль центральной улицы Бейсеуова еще со времен фабриканта Шахворостова проходил большой арык, и с обеих сторон росли тополя. В конце февраля – начале марта сюда прилетали грачи, и я приходил здороваться с первыми вестниками весны. Помню этих грачей. Но потом арыки перестали чистить, они перестали функционировать, тополя срубили, и птицы улетели. В поселке исчезли ласточки, скворцы.

Еще в наших краях водились фазаны, рябчики, удоды – сейчас их почти не встретишь. До сих пор люблю ходить в горы и ежедневно по 15-20 км езжу на велосипеде по окрестностям села. В детстве мы не пили воду из-под крана или из пластиковых бутылок. На берегу реки Каргалы были родники, и многие жители старались брать воду именно оттуда, потому что она была очень чистой и вкусной. Один из микрорайонов поселка называли Майбулак. Но потом там проложили дороги, провели водопроводы и родники исчезли. И выросло несколько поколений людей, которые никогда не пробовали чистую родниковую воду – и это совсем другие люди.

«Я ВЕРЮ, ЧТО СО ВРЕМЕНЕМ МЫ И ЗДЕСЬ НАВЕДЕМ ПОРЯДОК»

– Чем живет село Каргалы сегодня? Происходят ли положительные изменения, есть ли какие-то тревожные тенденции? Сразу бросаются в глаза хорошие дороги, даже многие районы Алматы не могут похвастаться таким качеством дорожного покрытия.

– Когда в конце 1990-х годов закрылся суконный комбинат, для местных жителей это стало настоящей катастрофой. Нам было гораздо сложнее, чем жителям соседних колхозов и совхозов, которые получили земельные паи и могли выживать за счет земледелия и животноводства. Наши же жители в основном получили акции неработающего предприятия. Многие семьи остались без средств к существованию, многим пришлось переехать в другие регионы или страны. Молодежь в поиске работы подалась в город.

Сейчас ситуация куда лучше чем в 90-е годы, хотя с работой все равно очень сложно. Многие вынуждены ездить на заработки в Алматы. Но в целом люди как-то адаптируются. Работают магазины, кафе, парикмахерские, СТО, маленькие предприятия, правда, есть еще асфальтовый завод. Кто-то работает в местной больнице или школах. Некоторые люди берут в аренду землю для выращивания овощей и фруктов и осенью успешно реализуют. Но все равно нашему поселку не хватает более крупных предприятий. Хотелось бы возродить в нашем краю легкую промышленность. Разумеется, конкурировать с Китаем, Вьетнамом или Турцией очень сложно, но все равно нам нужно думать об экологичном отечественном производстве. Надеюсь, однажды у нас снова заработает фабрика, и нашим детям не придется уезжать отсюда в поисках стабильного заработка. По крайней мере, я мечтаю об этом.

Считаю, что нам нужно активнее заниматься сельским хозяйством. Выращивать злаки, разбивать сады, разводить скот. Но сейчас это сложнее, потому что многие сельхозугодья вокруг поселка оказались в частной собственности, да и не только они, еще и часть предгорий. В детстве мы свободно ходили по горам, они были общими. И то, что многие из этих мест, где мы играли в детстве, теперь кому-то принадлежат, и проход даже для местных там запрещен, мне психологически очень сложно принять. Вместе с тем происходят и положительные изменения: начала появляться рыба в реке, которой не стало еще в советское время. Перестали массово вырубать деревья благодаря газификации, проложены хорошие дороги.

– Сейчас на всем постсоветском пространстве очень остро стоит проблема утилизации отходов. Для вашего села это тоже актуально – во многих местах, на улицах и вдоль речки валяются пластиковые бутылки, целлофановые пакеты, осколки от стеклянной тары. Почему, по вашему мнению, такое происходит и можно ли изменить ситуацию к лучшему?

– Много лет назад, когда я был маленьким, моя мама вставала на заре и подметала двор и часть улицы, прилегающей к дому. И так делали все сельчане. Мои родители и школьные учителя твердили мне: съешь конфету, фантик не бросай, положи в карман, а затем выкинь в урну. Но потом многие местные жители переехали, эмигрировали, а вместо них приехали люди из других регионов, стран. И далеко не все из них, к величайшему сожалению, относятся к своему новому месту жительства так же бережно, как мы. Я долгие годы был директором школы и водил в горы детей, чтобы убирать мусор, мы делали плакаты «Берегите природу – природа наш дом» на русском и казахском языках. А сейчас многие родители приезжают в школу за детьми на машинах, пока ждут, курят и выбрасывают окурки. А когда едут по дороге выкидывают из машины огрызки, целлофановые мешки, бутылки.

Обычно это делают люди, которые сами не родились и не выросли в этом поселке. Сегодня они живут здесь, завтра в другом месте. Они не привязаны к этой земле и не чувствуют за нее ответственность. Но вместе с тем я не могу обвинять всех. И среди местных бывают бескультурные, а среди приезжих немало порядочных и чистоплотных людей.

Я верю, что со временем мы и здесь наведем порядок. Потому что я помню, что лет 10 назад мусора было значительно больше. Сейчас появляются ответственные люди, но в общей массе их пока не так много. У меня неплохие отношения с имамами наших мечетей, и когда встречаюсь, завожу с ними об этом разговор, прошу, чтобы они обращали на это внимание своих прихожан.

Ведь любая религия призывает к порядку. К примеру, в исламе, особенно, где говорится, «чистота – половина веры». Имамы в мечетях и батюшка в нашей церкви, очевидно, об этом говорят в своих проповедях. Но люди не всегда слышат обращенные к ним призывы. Обвинить акимат я не могу, люди там много работают. По крайней мере, по средам по нашей улице проезжает грузовик и забирает мусор.

«ЭТО БЫЛО РЕАЛЬНОЕ СОПРИКОСНОВЕНИЕ С ИСТОРИЕЙ»

– Несмотря на любовь к Каргалы вы почти каждый год принимаете участие в исследовательских экспедициях по Центральной Азии. Какие из них явились наиболее запоминающимися?

– У меня было немало экспедиций, и каждая из них была особенной. Но всетаки я бы выделил мою экспедицию Казахстанского географического общества в 2014 году в Кашгарию. Ведь это родина моего покойного отца, он мне много рассказывал о своем родном городе. Кроме того, путешествие в Кашгарию в 1858-59 годах было одной из самых знаковых страниц биографии Чокана Валиханова, личностью и произведениями которого я увлекался с самого детства. И знаете, книги Чокана привили мне интерес к путешествиям.

В Кашгарии я побывал у мазара великого ученого Махмуда Кашгари, где растет тысячелетнее дерево – чинара, а рядом находится родник Ай-Ай, откуда пил воду сам Махмуд Кашгари. Я тоже попробовал воду из этого источника, и для меня это было реальное соприкосновение с историей.

Никогда не забуду экспедицию в Туву к древнеуйгурской крепости Пор-Бажын. Но я путешествую не только для того, чтобы посетить какие-то знаковые достопримечательности. Я вообще люблю странствовать и нахожу радость в движении. Но еще радость – в уединении и тишине. Когда оказываешься вдали от шумных мест среди природы, то начинаешь чувствовать единство и гармонию с тем, что тебя окружает. Мне больше всего нравится ночевать в спальном мешке, любоваться ночным звездным небом, слушать звуки ночи, сверчков, в эти моменты я чувствую себя как никогда счастливым. В голову приходят необычные мысли. Вот ради таких моментов стоит жить!

Источник: ЛИТЕР