Главная  /  Статьи  /  Лучше горькая правда…

Лучше горькая правда…

Зауре Жумалиева
1058
Лучше горькая правда… скачать фото
В Петропавловске на месте здания, где складировались тела расстрелянных, хотят построить музей жертв политических репрессий

Страшную тайну снесенного ныне деревянного домика возле областного драматического театра раскрыл сотрудникам КНБ, бывший завхоз НКВД.

 

Секретный МОРГ

– Этот старый человек по фамилии Егоров в 1987 году под расписку о неразглашении рассказал работникам Комитета национальной безопасности, что в здании НКВД внизу было четыре камеры смертников. Там пытали и расстреливали людей. А потом тела расстрелянных переносились в этот деревянный дом, чтобы ночью можно было их вывезти и закопать где-нибудь в общей могиле, – рассказал «Литеру» председатель общественного фонда «Память» Болат Сагиндыков.

 

На Стене памяти жертвам политических репрессий на 300 гранитных плитах увековечены имена порядка 7600 человек. Их потомки зачастую не знают, кем они были в жизни, за что были арестованы, как и когда погибли. Зато вся эта информация в электронном виде хранится в областном архиве и могла бы быть в общем доступе в музее.

 

– Мы думаем сделать три зала в этом музее. Один посвятить Магжану Жумабаеву, как символу репрессий. Второй зал посвятить депортации, третий зал общий. Этот вопрос сейчас прорабатывается, находится на стадии решения. Надеемся на его положительное решение, – сказал Болат Сагиндыков, отец которого в тридцатые годы тоже был репрессирован.

 

По словам директора Северо-Казахстанского государственного архива Сауле Маликовой, количество репрессированных лиц в СКО, по официальным данным, 7614 человек, из них 1465 были расстреляны. Но председатель общественного фонда «Память» считает эти цифры заниженными. Убедился он в этом на собственном опыте. В 1955 году, когда он учился в институте в Омске, то обратился в Омский КГБ, чтобы узнать о судьбе своего отца. В полученном ответе говорилось, что его отец умер в местах заключения от туберкулеза в 1943 году.

 

– Многим давали точно такие же ответы, будто они умерли от болезней. Я думаю, что больше половины репрессированных из тех 7600 человек были расстреляны в тридцатые годы на местах. Когда рассекретили архивы КГБ, выяснилась судьба моего отца – он был расстрелян в 1937 году. Его объявили японским шпионом, хотя он и слов-то таких не знал и под пытками не признался. Тогда в графе «обвинение» ему записали «сын муллы». Он действительно был сыном муллы, – пояснил Болат Сагиндыков.

 

По неизвестной причине самое большое число репрессированных приходится на Тайыншинский район СКО – 1355 человек, на втором месте район М. Жумабаева – 796 человек, и на третьем месте – Айыртауский район – 743 человека.

 

Репрессии «в законе»

 

Из трех громких процессов, которые прошли в Казахстане в 1937 году, один пришелся на Пресновку.

 

– В Пресновке были обвинены в национал-фашизме Конюхов – первый секретарь Пресновского райкома партии, Каримов – председатель Пресновского райисполкома, Уразбаев – заведующий Пресновским РОНО, и Фазылов – прокурор Пресновского района. В газетах тех лет мы видим броские заголовки и большие статьи с обвинениями безвинных людей, – рассказала Сауле Маликова.

 

Всего в 1937 году за несколько месяцев, по словам Сауле Маликовой, были репрессированы 650 руководителей краевого, областного, районных комитетов партии.

– Законодательную основу для репрессий создало советское государство. В 1926 году был принят Уголовный кодекс Российской Федерации, Казахстан входил в нее на правах автономии. В этом УК было 17 видов контрреволюционных преступлений и в 12 из них предусматривалось применение высшей меры наказания – расстрел. Начиная с 1934 года, после убийства Жданова, репрессивный аппарат активизируется. В результате был принят закон, по которому для расследования дел о врагах народа отводилось только 10 дней! В 1937 году был принят закон о применении к арестованным так называемых физических мер воздействия, то есть пыток. Смертные приговоры исполнялись немедленно, для этого была предусмотрена структура НКВД, кадровый состав. Были созданы внесудебные органы, особые совещания, так называемые «тройки». То есть происходили события, нагнетавшие всеобщую подозрительность, шпиономанию, – рассказала директор областного архива.

 

Уничтожение казахской интеллигенции

 

Сегодня документы, касающиеся репрессированных политических заключенных североказахстанцев, находятся в архиве ДВД СКО, они переданы туда из архива КНБ. Близкие родственники, у которых есть допуск, могут с ними ознакомиться. Для остальных эта информация ограничена. В частности, в архиве ДВД можно ознакомиться с делом Магжана Жумабаева, выдающегося казахского поэта, одного из основателей казахской политической партии Алаш-Орда.

 

В первый раз он был арестован как алашординец, пантюркист и японский шпион в 1929 году и осужден на 10 лет. Как признак национализма и попытку возродить старый строй было расценено намерение Магжана Жумабаева создать общество казахских писателей. В дальнейшем этой идеей воспользовались, создали Союз писателей Казахстана. В 1936 году он был досрочно освобожден по ходатайству Максима Горького из Свирского лагеря политзаключенных, но на свободе был не долго. 30 декабря 1937 его снова арестовали в Алма-Ате и 19 марта 1938 года расстреляли в застенках НКВД.

 

Сауле Маликова рассказала о человеке мало известном, алашордынце Жумагали Тлеулине, который был первым руководителем казахского педагогического техникума в Петропавловске, первым организатором изучения истории Казахстана в области. Он один из тех, кто по заданию партии Алаш написал книгу «Школьная гигиена», организовал первые курсы для подготовки казахских специалистов для школ и других учреждений в Северном Казахстане. Тлеулин тоже был расстрелян по нелепому обвинению в 1938 году, за месяц до расстрела Магжана Жумабаева. Места захоронений расстрелянных людей не известны до сих пор.

 

Доносы рассекречиванию не подлежат

 

По сей день не рассекречены доносы, на основании которых были состряпаны обвинения ни в чем неповинных людей.

 

– К нам обращался внук репрессированного, хотел получить копию доноса на деда. Но по этическим соображениям мы ему отказали. Выдали общую справку. Такие моменты, думаю, освещать не стоит. Государство должно защитить личность, – высказала свое мнение Сауле Маликова.

 

Очень сложным считает этот вопрос и Болат Сагиндыков.

 

– С одной стороны, люди хотят знать правду, а с другой – потомки могут враждовать между собой, – говорит он.

 

Болат Сагиндыков неоднократно обращался к депутатам Парламента с предложением внести изменение в Закон о реабилитации жертв политических репрессий. Он считает необходимым внести туда поправку, признавать жертвами репрессий несовершеннолетних детей, которые остались без родителей, а потом страдали от клейма «сын врага народа».

 

– Я в годовалом возрасте остался без отца. Обратился в прокуратуру: дайте справку, что я пострадавший от репрессий. Нет, говорят, мать-то осталась жива, и ты не остался без родительского попечения. Хотя у матери, 37-летней вдовы, семеро детей-сирот было на руках. И все голодные-холодные. Имущество, скот, все было конфисковано. Матери, не имеющей ни зарплаты, ни пенсии, надо было как-то выжить, нас прокормить. Мои два старших брата воевали. Первый раненый приехал, дома умер. Второй до Берлина дошел. В 16 лет пошел воевать, приписал два года, чтобы доказать, что отец не враг народа. В Берлине служил в органах госбезопасности. В 1949 году приехал, работал в РОВД, по доносу его уволили, как сына врага народа. Я с 9 лет в колхоз пошел работать, вынужден был. И мы не пострадавшие! – рассказал Болат Сагиндыков.

 

Комментарий

Мадина БАЛГАШУКОВА, руководитель пресс-службы ДВД СКО:

– Три уникальных фонда с грифом «секретно» были переданы в 2014 году Комитетом национальной безопасности по Северо-Казахстанской области в департамент внутренних дел СКО, которые повысили историческую и научную ценность архивных фондов ОВД и их востребованность. В том числе были переданы уголовные дела на лиц, не подлежащих реабилитации; фильтрационные и трофейные материалы бывших военнопленных и репатриированных из Германии граждан бывшего СССР; уголовные дела в отношении репрессированных граждан, оправданных судебными органами.

Архивные документы, сформировавшиеся в нашем регионе, дают возможность дать объективную историческую оценку произошедшим событиям новейшей истории республики. Архив ДВД в определенной мере соприкасается с историей нашего края, особенно по периоду 30–50-х годов прошлого столетия, названнму эпохой тоталитаризма. Документы и материалы архива раскрывают судьбы граждан СССР, которые подверглись репрессиям по политическим мотивам, были депортированы в Казахстан или оказались в плену в период Великой Отечественной войны. Можно с уверенностью утверждать, что архивные дела, имеющееся на хранении в Специальном государственном архиве ДВД, являются свидетельством судеб людей, наших земляков, их горя и семейной трагедии.

 

«Уголовные дела в отношении репрессированных граждан, оправданных судебными органами», содержат материалы на 5364 граждан, из которых 1589 приговорены к высшей мере наказания.         Это дела осужденных и впоследствии реабилитированных, а также дела, прекращенные в ходе следствия за незаконностью обвинения.

 

Все эти безвинные люди содержались в специальных лагерях, в связи с чем в 1929 году было образовано Главное управление трудовых лагерей и трудовых поселений – ГУЛАГ. В 1940 году в системе ГУЛАГа имелось 53 лагеря, а в 1954 году – 64, в которых содержалось до 1 727 970 человек.

 

Казахстанцам часто инкриминировалось то, что они якобы являются японскими (иногда – германскими) шпионами, что подтверждалось только собственными «признаниями» обвиняемых и осужденных при отсутствии иных доказательств в делах. Распространенными были обвинения в антисоветской агитации и пропаганде, практиковались обвинения в национализме, национал-уклонизме, создании националистических организаций, добивавшихся якобы отделения республики от Союза ССР. Многие лица были репрессированы по обвинению в подготовке и совершении террористических актов, диверсий, саботаже.

 

В настоящее время в республике реабилитированы жертвы сталинского террора и возвращены народу такие добрые имена, как А. Байтурсынов, М. Жумабаев, Ж. Аймауытов, А. Букейханов, М. Дулатов, М. Тынышпаев, С. Асфендияров и многие другие деятели Казахстана.

 

Зауре ЖУМАЛИЕВА, Петропавловск

Тематика:   репрессиижертвысудьба

Смотрите также: