Главная  /  Статьи  /  Мелодии, воспевающие степные просторы

Мелодии, воспевающие степные просторы

Новости
2167
Мелодии, воспевающие степные просторы скачать фото
Найдены новые сведения о выступлениях Амре Кашаубаева в Париже

5 апреля в широкий прокат выходит фильм «Амре», повествующий о сложной судьбе выдающегося казахского певца Амре Кашаубаева. За три дня до этого прошёл закрытый показ картины в Астане, который вызвал у профессионалов весьма положительные отклики.

 

Трейлер обещает кинозрителям яркое и качественное зрелище. Судя по всему, «Казахфильм» при поддержке Министерства культуры и спорта Казахстана вложил немало ресурсов в реализацию сложного и амбициозного проекта, о чём свидетельствует и участие в проекте западных профессионалов, работавших как за камерой, так и перед ней.

 

Основания ожидать серьезный кинопродукт даёт и участие в проекте возглавляемой генпродюсером картины Алидаром Утемуратовым компании «DAR-Play», которая уже сняла целый ряд интересных фильмов (лично я выделил бы картины «Дорога к матери» и «Районы»).

 

В качестве консультанта при производстве фильма привлекли известного казахстанского музыканта и учёного Жаркына Шакаримова. Именно его изысканиям и публикациям за последние сорок лет мы обязаны многими известными сегодня широкой публике сведениями о судьбе А. Кашаубаева.

 

Как часть подготовки к успешному, как мы надеемся, прокату картины, в прошлом году участники проекта представили отличную по оформлению и содержанию книгу «Амре в Париже». Издание, безусловно, внесло очередной вклад в популяризацию бесценного наследия выдающегося казахского певца первой половины XX века.

 

Наверное, неправильно ожидать от кинофильма документальной точности в описании событий 1925 года. И если факт встречи Амре с Мустафой Шокаем подтверждается архивными документами советских органов госбезопасности, то описанное в фильме, судя по некоторым статьям в западной прессе, знакомство со знаменитым композитором Джорджом Гершвиным является плодом смелого и, на мой взгляд, удачного вымысла сценариста.

 

Действительно, американец провёл несколько лет свой жизни в Париже середины 1920-х годов, под впечатлением от которых написал популярное произведение «Американец в Париже» (по его мотивам в Голливуде сняли одноимённый мюзикл), и, встреться он с Амре, возможно мог бы и поговорить с ним по-русски (родители Гершвина эмигрировали в Нью-Йорк из Российской империи, отец был из Санкт-Петербурга, мать из Вильнюса).

 

Однако первый визит Дж. Гершвина в Париж, судя по сведениям в интернете, датируется 1926 годом. Повторюсь, сценарист имел полное право придумать подобную встречу. На то кино и называется художественным.

Лично у меня ожидание этой картины вызвало особые эмоции. Прибыв три месяца назад по долгу дипломатической службы в столицу Франции, я получил возможность регулярно посещать места, связанные со выступлениями А. Кашаубаева в ходе Всемирной выставки декоративного искусства и современной промышленности 1925 года.

 

Конечно, их видели и многие другие гости города, ведь традиционно всемирные выставки в Париже проходили на широкой парковой территории по обоим берегам Сены между площадью Согласия, с которой начинаются знаменитые Елисейские поля, и Домом Инвалидов (с могилой Наполеона) с расположенной перед ней одноимённой эспланадой.  На этом участке располагается Большой дворец (Гран-пале), который служил центральным павильоном для выставок 1900 и 1925 годов.

 

Строго говоря, последняя была не универсальной, а специализированной, согласно современной терминологии, международной выставкой, наподобие памятной всем нам ЭКСПО-2017 в Астане. Тем не менее, она была крупнейшим международным мероприятием своего десятилетия и оказала огромное влияние на развитие декоративного искусства и архитектуры в XX веке, символизировав пик стиля «ар-деко» и начало возвышения «конструктивизма».

 

Медленно, но верно вовлекаясь в культурную жизнь современного Парижа, я не могу не поразиться её колоссальному разнообразию и богатству. Знакомясь с анонсами и обзорами парижских мероприятий на страницах популярных интернет-сайтов, я попытался представить, каким образом горожане следили за культурными событиями в своём мегаполисе почти сто лет назад, когда на местной сцене, возможно, впервые выступил мой соотечественник.

 

Вдохновлённый трейлером, я решил поискать «подшивки» французской прессы июля 1925 года и найти в них следы пребывания здесь Амре. С этой целью я записался в Национальную библиотеку Франции (НБФ), известную после завершения строительства её гигантского нового комплекса зданий в 1995 году (в знак признания заслуг инициатора этого проекта) как «Библиотека Франсуа Миттерана».

 

Хотелось найти оригиналы упоминаемых в русскоязычных публикациях откликов на выступления А. Кашаубаева в изданиях «Парижский еженедельник» (в книгах Ж. Шакаримова приводится его перевод, вероятно, из московских отчётов побывавшей здесь делегации) и «Лё мюзикаль» (со ссылкой на классический труд А. Жубанова «Соловьи столетий»).

 

С доброжелательным консультантом по работе с каталогом библиотеки мы выяснили, что под «Парижским еженедельником», вероятно, имелась в виду журнал «La semaine a Paris», издававшийся с 1922 по 1937 годы и специализировавшийся на освещении культурной жизни столицы.

Издания «Лё мюзикаль» идентифицировать пока не удалось.

 

Библиотекарь также посоветовала, что наиболее полно события этой сферы в Париже в первой половине прошлого века освещала газета «Comoedia». С небольшими перерывами, она выходила ежедневно (!) с 1907 по 1944 годы. Несмотря на название, издание это было весьма серьёзное и солидное, в каждом номере публиковавшее статьи лучших музыкальных обозревателей и критиков своего времени, а также анонсы важных культурных событий в Париже.

 

Выяснилось, однако, что бумажных версий обоих изданий в библиотеке нет. Дело в том, что они, в числе сотен других наименований периодической печати XX века, были перенесены на другие носители, в рамках впечатляющего по своим масштабам проекта НБФ. С одной стороны, досадно, что нет возможности пощупать своими пальцами пожелтевшие страницы с откликами об Амре. С другой – цифровизация значительно облегчила мою работу.

 

«La semaine à Paris» мне предоставили на микрофильме. Издание, выходившее с подзаголовком «Всё, что показывают, слушают и делают в Париже», для еженедельника впечатляет своим масштабом – более 120 страниц, при этом иллюстраций не так много. И это о культурной жизни одного города! Пусть и такого большого как Париж.

 

Просматриваю бобину со снимками чёрно-белых страниц. Достаточно много анонсов культурных мероприятий в рамках Всемирной выставки 1925 года, в каждом номере подробная карта со схемой расположения павильонов.

В выпуске № 163 за 10-17 июля на странице 49, наконец, нахожу анонс «Сеансов русского этнографического искусства» (Séances d’art ethnographique russe). «Salle Comoedia» (ул. Сан-Жорж 51) – пятница, 10 июля, и суббота 11 июля в 21.00. Стоимость билетов – от 8 до 20 франков».

 

В программе – выступления «квартета инструменталистов» (вероятно, знаменитый ансамбль исполнителей на русской домре) под руководством Григория Любимова, певцов Анатолия Доливо, Мухитдина Кари-Якубова, Ольги Ковалёвой, Оксаны Федоровской-Станиславской, Шовкет Мамедовой, кураиста Юмабая Исенбаева, танцовщицы Тамары Ханум. Наконец, наш знаменитый земляк - сhanteur Kirghiz Monsieur Amre Kaschalbaeff.

 

Получается,  даты первых выступлений Амре в Париже – 10 и 11 июня 1925 года, а место – Salle Comoedia по адресу 51 rue Saint-Georges.

 

В следующем номере № 164 от 17-24 июля на с. 40 нахожу анонсы ещё двух концертов, обозначенных уже как «Неделя русского этнографического искусства». В пятницу 17 июля в 18.00 и в субботу 18 июля в 15.00, зал тот же, состав участников тот же. И вновь, глаз цепляется за Chansons Kirghiz (Monsieur Amre Kaschalbaeff).

 

Здесь стоит напомнить, что учреждённая в 1920 году со столицей в г. Оренбурге Киргизская АССР была переименована в Казакскую менее чем за месяц до парижских выступлений Амре, а точнее 15 июня 1925 года. Видимо объяснять французам, кто такие «kazak», посчитали слишком трудным. Поэтому и удача в поиске записей с голосом А. Кашаубаева настигла Ж. Шакаримова именно благодаря участию в поиске материалов для коллег из братского Кыргызстана, народ которого в те же самые недели обрёл и свой «новый» этноним (до этого в документах их именовали «кара-киргизами»).

В последнем июльском номере «La semaine à Paris» (№ 165 от 24-31 июля) мы видим статью, перевод которой уже приводился в книгах Ж. Шакаримова. Иллюстрирована она коллективным фото участников этой «сборной звёзд» фольклорного искусства СССР образца 1925 года, также известным из более ранних публикаций.

 

Изучение страниц «Comoedia» принесло ещё большие открытия.

Все выпуски отсканированы и переведены в «цифру» с возможностью поиска в рамках всех почти что 365 номеров газеты за каждый год по ключевым словам. При этом каждый номер можно скачать сразу в трёх видах весьма распространённых программ – двух графических и одном текстовом. Впечатляет!

 

Вариантов французской транслитерации фамилии А. Кашаубаева слишком много, и ключевым словом в поиске стало «kirghiz». Система выдала четыре упоминания в контексте «Недели русского этнографического искусства» - в номерах за 13, 17, 20 и 27 июля.

 

В первом случае опубликован анонс, что под руководством директора-распорядителя «Русского филармонического общества» Бориса Красина и администратора группы Тутельмана, начиная с 15 июля, в Salle Comoedia пройдёт серия концертов с участием представителей фольклорного музыкального искусства ряда национальностей СССР, в том числе «киргизского» (фамилии музыкантов не указаны). Анонс сопровождает известное уже коллективное фото артистов.

 

Указано также, что целью концертов является «не только способствовать распространению этой весьма оригинальной музыки, но и облегчить доступ французских артистов к народам России». И действительно концерты советских музыкантов, также, как и участие СССР во Всемирной выставке 1925 года, были организованы с чёткой дипломатической целью – впервые представить СССР в Париже как страну, где, вопреки «буржуазной» и «белогвардейской» агитации, имеются возможности для развития искусства, а все национальности имеют возможность для выражения своей самобытной культуры.

 

Франция признала советское правительство менее года назад и в Париже лишь начинало работать полпредство Советского Союза во главе с известным партийным деятелем и дипломатом Леонидом Красиным. Судя по всему, именно он предложил организовать подобные концерты своему родному брату Борису, работавшему тогда в государственной филармонии.

 

Тот, в свою очередь, заручившись поддержкой наркома просвещения (отвечавшего также за сферу культуры) СССР Анатолия Луначарского, согласно другим источникам, получил задание заодно встретиться в Париже с отдельными русскими эмигрантами из числа деятелей искусства и предложить им безопасное возвращение на Родину. Известно, в частности, что в ту поездку он начал переговоры с Сергеем Прокофьевым, успешно завершившиеся приездом композитора в страну Советов в 1927 году.

 

17 июля на первой странице газеты вышел короткий отзыв на первые концерты. Интересно, что статья подписана выдающимся французским композитором, хоровым дирижёром и музыковедом Полем Ле Флемом (1881-1984), регулярно сотрудничавшим с «Comoedia». Известно также, что он имел опыт работы в дореволюционной Москве, а в годы Первой мировой руководил военным оркестром Русского экспедиционного корпуса во Франции, поэтому, конечно, хорошо знал музыку России. Его компетентная оценка имеет, пожалуй, особую ценность.

 

Музыкальный критик, в частности, пишет, что «замечательные народные песни, открывшиеся нам благодаря неделе русского этнографического искусства, заслуживают большего внимания» и приводит свои мнения о выступлениях Г. Любимова и О. Ковалёвой. А также - Амре.

 

«С перспективы западного человека представленные мсье Кашаубаевым самобытные песни киргизских степей не обработаны привычными нам приёмами. Их протяжный призыв, сладостная мелодия, трогательная простота позволили нам мысленно перенестись в степные просторы и проникнуться поэзией бескрайних горизонтов», - таков отклик П. Ле Флема.

20 июля кратко сообщается, что вечером того же дня в Salle Comoedia состоится последний концерт «недели русской этнографической музыки».

 

Наконец, спустя неделю, П. Ле Флем публикует обещанный ранее развернутый отклик на «Русскую неделю». Критик начинает с сожаления о том, что рецензируемые концерты не были организованы ранее, в более удачные сроки, поскольку во вторую половину июля многие парижане уже выехали на отдых к морю. Тем не менее, по его словам, ценители фольклорной музыки с большим удовольствием послушали выступления музыкантов, которые «добросовестно передавали чистоту и благородство самобытных мелодий».

 

Именно верностью («почти что религиозное почтение») оригиналам народного искусства объясняет автор тот успех, который концерты получили у взыскательной парижской публики. «Когда в музыке нет души, волшебство не работает», - образно подчёркивает П. Ле Флем. Именно поэтому, по мнению критика, западному ценителю музыки «ни в коем случае не стоит поверхностно относиться к музыке автохтонов и к их народным инструментам».

 

По словам критика, «этим мелодиям присуща весьма проникновенная пикантность (une saveur très pénétrante), и я не могу назвать её примитивной, так как это было бы оскорблением замечательных песен, идущих от сердца народа. Они игнорируют (мнимые) преимущества «темперамента», от диктата которых мы тщетно стремимся освободиться, и располагают в своей шкале звуками, которые наша система нотной записи, горделиво опирающаяся на четверть тона, не может отразить адекватно и беспристрастно».

 

Как указывает П. Ле Флем, «киргизские» песни поют, аккомпанируя себе на домбре, струнном инструменте «с приглушенным (матовым) тембром», а «исполнители опираются на гармонические интервалы в виде кварт и квинт, терции используются реже». При этом автор признает, что «киргизские, или туркестанские, напевы относятся к способам исполнения, которые музыканту, догматично приверженному нашим старым мажорным и минорным моделям, могут показаться «варварскими». И тут же поясняет, что «для того, чтобы «распробовать» (goûter) эти мелодии с полной свободой мысленного и звукового восприятия, необходимо отказаться от целого мира музыкальных привычек, чего наша традиционная доктрина, нередко преисполненная «византийства», изменить не в состоянии».

 

Выдающийся композитор заканчивает свою статью прекрасным, как на мой вкус, призывом к европейским собратьям по цеху: «Странная для нас поэзия излучается этими песнями, рожденными под другим небом, но передающим слушателю ту же надежду на счастье и ту же боль. Воздержимся же от их оценки привычными лекалами и мерилами. Нередко в этих творениях появляется красота значительно более глубокая, чем в некоторых наших изощрениях, пусть даже и самых заумных и запатентованных».

 

К сожалению, иных публикаций в Comoedia и La Semaine à Paris обнаружить пока не удалось.

 

Что ещё? Судя по всему, концерты были организованы посольством СССР во Франции в сотрудничестве с редакцией ведущего издания, специализировавшегося на освещении культурной жизни Парижа, в том числе и из расчёта на хорошие отклики в рейтинговой публикации. Тем более что с ней тесно сотрудничал профессиональный музыковед, уже хорошо знакомый с искусством России.

 

Газета Comoedia располагала собственным концертным залом, который любезно предоставила советской делегации. Поскольку подтверждения упоминаемого в некоторых публикациях гала-концерта в Гран-пале (центральной площадке Всемирной выставки) пока не нашлось, и, судя по сетования П. Ле Флема, временные рамки, возможно из-за позднего планирования, для организации выступлений были весьма ограничены. В Париже и сегодня афиша всех престижных залов расписана на год и более вперёд. При подобных обстоятельствах предложение редакции могло показаться наиболее приемлемым для советской делегации.

 

Редакция газеты и концертный зал располагались по адресу 51 rue Saint-Georges. Здание это находится в 9-м округе Парижа, условно на полпути между Лувром и Монмартром. Сегодня в нём расположен драматический Théàtre Saint-Georges, в афише которого сочетаются классика в новой интерпретации и современные пьесы. На сайте театра указано, что свою историю он отсчитывает с 1929 года, когда располагавшийся здесь зал был перестроен. Но, парижское здание, в котором в июле 1925 года выступал Амре, и сегодня используется людьми искусства.

 

Ещё предстоит найти подтверждения другим фактам о пребывании А. Кашаубаева в мировой столице культуры, в частности встречи с Роменом Ролланом, отклика Анри Барбюса,  расположение гостиницы «Дария», где проживал Амре, и личность музыковеда университета «Сорбонна» Перно, который записал его пение на фонограф. Не теряю надежду найти эту запись…

 

Загадкой для меня является и то, почему «Comoedia» не осветила концерты 10 и 11 июля, которые анонсировал «Парижский еженедельник».

Ответы на эти вопросы, надеюсь, ещё будут найдены. Хочется верить в то, что возможности, представляемые Интернетом и владением иностранными языками, ещё не раз позволят пытливым исследователям находить всё новые и новые, доселе недоступные нам сведения о наших великих земляках.

Таких, каким, безусловно, был Амре Кашаубаев.

 

Аскар АБДРАХМАНОВ, заместитель постоянного представителя Казахстана при ЮНЕСКО

 

Париж, 2 апреля 2018 г.

 

 

Смотрите также: