Главная  /  Статьи  /  Жизнь и трагедия Последнего хана

Жизнь и трагедия Последнего хана

Талгат Исенов
1445
Жизнь и трагедия Последнего хана скачать фото
Кенесары… Судьба последнего хана казахов была трагичной

Кенесары… Судьба последнего хана казахов, как и возглавленного им крупнейшего национально-освободительного движения казахского народа в 19-м веке, была трагичной.
 

Но последний хан и его сарбазы сражались не зря, казахи никогда не забывали самого беспокойного из сынов Алаша. А с обретением независимости Хан Кене был официально признан в качестве национального героя.
В текущем году исполнилось 180 лет со времени первого масштабного сражения этой освободительной войны – Акмолинской битвы.
О восстании Кенесары хана, его судьбоносной ошибке и выводах для потомков «ЛИТЕР-Неделе» расскажет директор Института истории и этнологии имени Ш. Валиханова, доктор исторических наук, профессор Зиябек Кабульдинов.

 

С отметкой Всевышнего
– Зиябек Ермуханулы, Кенесары хан был прямым потомком Сотрясателя Вселенной Чингизхана, его старшего сына Джучи и казахских ханов. В его жилах текла и кровь калмыцких хунтайши. Расскажите, пожалуйста, в каких условиях рос Кенесары, как формировалось его мировоззрение?

– Кенесары был одним из самых достойных потомков Темуджина. Его без всякого преувеличения можно поставить в один ряд с такими выдающимися чингизидами, как Касым, Есим, Жангир, Тауке, Абылай. «Мятежный султан» родился в 1802 году в Кокшетауских горах, был сыном султана Касыма и приходился внуком хану Абылаю. Известно, что из всех 30 сыновей Абылая только в семье его младшего сына Касыма была особенно жива идея возрождения былого величия Казахского ханства. Касым-торе имел двух жен, от которых родились 7 сыновей, практически все, как один вставших под знамя казахского национально-освободительного движения. А из всех сыновей Касыма особо выделялся Кенесары. Он был рожден второй женой султана, калмычкой по происхождению. С ранних лет он был воспитан на богатых традициях казахского рыцарства, героических эпосах, исторических рассказах степных мудрецов – «шешенов». Кенесары был полиглотом, владел основными языками народов Центральной Азии. Он впитал в себя всю степную и устную дипломатию. Прекрасно освоил степной адат (свод традиционных обычаев и права) и искусство степных биев.
Руководитель восстания, по словам выдающегося казахского историка Ермухана Бекмаханова, «с детства научился верховой езде и меткой стрельбе». Он был прекрасным охотником. По характеру отличался справедливостью, обладал такой несгибаемой волей и мужеством, смелостью и отвагой, что один из российских исследователей середины XIX века 
Л. Мейер был вынужден отметить, что Кенесары «был храбр донельзя», выделив самое главное качество в его характере.
Современники подчеркивают, что хан Кене обладал выдающимся организаторским и полководческим талантом. В религиозном отношении он не отличался излишним фанатизмом, придерживался традиционной для номадов степи веры – ислама ханафитского масхаба. По описаниям очевидцев, Кенесары был среднего роста и крепкого телосложения. Вот, к примеру, как описывает облик народного вождя исследователь А. Смирнов: «Кенесара был невысокого роста, худощав; черты его лица напоминали калмыкский тип; узкие глаза сверкали умом, энергией и даже лукавством».
А русский географ, известный исследователь истории и этнографии казахов тургайского края А. Добросмыслов так дополняет его портрет: «Этот султан был человек энергичный, решительный, обладавший к тому же недюжиным умом».
К великому сожалению, никто из современных исследователей до сих пор не написал цельную монографию о хане, наиболее полно и всесторонне раскрывавшую бы его личность. Попытка Ермухана Бекмаханова дать объективную картину в книге «Казахстан в 20-40-е годы XIX века», закончилась трагедией – в 1952 году историк был осужден на 25 лет лагерей. После этого больших охотников раскрыть исторически достоверный образ Кенесары не нашлось.
 

– Многие торе, а затем и выходцы из казахских родов – ага-султаны – приняли подданство Российской империи, оставаясь правителями Степи. Почему именно Кенесары хан начал национально-освободительное восстание? Может быть, дело в его рыцарском характере, не терпящем компромиссов?
– Да, многие султаны открыто покорились Российской империи. Внутренние раздоры из-за должностей и влияния среди степняков привели к тому, что они стали легкой добычей царизма. Одних «покупали» должностями ага-султанов, других – деньгами, ценными подарками, угощениями. Третьих просто спаивали, четвертые не имели лидерских качеств и необходимого авторитета.
А Кенесары нес на себе отметку Всевышнего. Именно он взял на себя тяжелую ношу по организации многолетней борьбы против Российской империи. Практически в каждой семье, и это не обязательно старший сын, находится один, кто отвечает за судьбу и будущее всех остальных. Таким в семье Касыма оказался Кенесары. Он был настоящим батыром и сардаром. И в своей борьбе против колонизации Великой Степи Российской империей он был абсолютно бескомпромиссен.
Вместе с тем, Кенесары был искусным дипломатом. Поэтому к нему стекались и беглые русские солдаты, и представители других народов империи… Знаменитый правитель, благодаря своим незаурядным человеческим качествам, сумел сплотить их вокруг себя. Среди повстанцев были русские и башкиры, узбеки и каракалпаки, татары и поляки. Некоторые из них даже занимали высокие руководящие посты, пользуясь особым доверием и искренним уважением казахского хана. Так, личным секретарем Кенесары и адъютантом его младшего брата, султана Наурызбая, был бывший солдат Николай Губин. Русские солдаты Бедашев и Манкин командовали отдельными отрядами в повстанческой армии хана. Татарин Алим Ягудин являлся членом Военного совета, а узбек Сайдак-кожа Оспанов на протяжении целого десятка лет успешно руководил дипломатической службой хана. Все они вносили в армию Кенесары элемент организованности и передавали восставшим свой военный и управленческий опыт. Вот что писал об этом Л. Мейер: «К характеристике Кенесары надо прибавить еще то, что он... обращался с русскими пленными очень снисходительно... Факт этот подтвержден многими примерами. Вообще он имел великий дар привязывать к себе людей... у него сражались... несколько русских беглых».
У Кенесары было обостренное чувство социальной справедливости, и он имел особенный «намыс» (честь). Будучи молодым султаном, он был свидетелем бесчинств, творимых царской администрацией, но только когда мера терпения была исчерпана, он взялся за оружие.
Кенесары активизировал свою деятельность после ряда набегов царских отрядов на мирные казахские аулы и попыток создания первых окружных приказов в Кокшетау и Акмоле.
В обращении к начальнику Оренбургской пограничной комиссии Г. Генсу Кенесары с негодованием отмечал, что он и его родственники неоднократно подвергались необоснованным и беспричинным набегам со стороны царских отрядов в 1825, 1827, 1830, 1831, 1832, 1836, 1837 годах.
Как свидетельствуют материалы из Государственного архива Астаны, Кенесары возмущенно писал Генсу: «в 1831 году выступившая из Кокчетава команда в числе 500 человек под предводительством Алексея Максимовича разграбила вторично аулы султана Саржана (брат Кенесары – авт.)… причем убиты 450 человек». И еще один характерный пример из этого письма: в 1842 году в марте отряд есаула Сотникова, напав на аулы Кенесары, убил 100 и взял в плен 25 человек, при этом угнав тысячу верблюдов, 3 тысячи лошадей и 9 тысяч овец. Это и стало поводом к разворачиванию национально-освободительного движения.
Кенесары пытался решить ситуацию мирным путем, и начал с отправки предупредительных писем, в которых выдвигал свои требования и выражал категорический протест против колониальных устремлений царского правительства: «С каждым днем захватывая наши земли, на них закладывают укрепления и этим доводят население до отчаяния. Это не только для нашей будущности, но и для сегодняшнего существования опасно».
Всесокрушающий степной ураган
 

– Ранее в одном из наших с вами интервью вы отмечали, что Кенесары хана уважали его же враги, а ученые считают его самой пассионарной личностью в истории казахов…
– По мнению известного русского ученого-евразийца, автора оригинальной теории этногенеза Льва Николаевича Гумилева, во всей истории Казахстана самой выдающейся личностью был именно Кенесары. Любимый подданными, почитаемый соседними государствами, уважаемый противниками… Именно хана Кене царские чиновники и военные, которые по долгу службы должны были жестко противостоять ему и бороться с ним, весьма искренне одаривали такими восторженными эпитетами как: «Храбрый донельзя», «Митридат киргизской степи», «Мятежный султан», «Храбрый правитель», «Национальный киргизский герой», «Всесокрушающий степной ураган», «Киргизский Шамиль», «Великий батыр» и так далее.
Один из офицеров Генштаба В. Потто сравнивал Кенесары с руководителем движения горцев имамом Шамилем, который «сильно поколебал влияние России». А другой его коллега капитан Н. Фомаков восторженно писал о нем: «Умный, отважный потомок Аблая, хан..., успел все покушения сибирских отрядов против себя сделать тщетными, так как приобрел в этих странах некоторую славу как предводитель».
 

– Некоторые историки последним общеказахским ханом называют Тауке, иные – Абылая. Являлся ли Кенесары легитимным ханом для самих казахов того времени? Правителем, который был поднят на белой кошме представителями всех казахских родов?
– С точки зрения казахов, всего казахского народа, который законно, по древним обычаям выбрал Кенесары на курултае всех трех жузов в 1841 году, безусловно, он – легитимный хан. Это – аксиома, не требующая доказательств. Самое главное, его в этом качестве признали и народ, и другие государства Центральной Азии. Его избрание было законным с точки зрения традиционного права казахов – адата. Все формальности были соблюдены. Он – чингизид, который был выбран на курултае знати всех жузов. Вся обрядовая часть, выработанная веками, была при этом соблюдена безукоризненно.
Конечно, с точки зрения Российской империи, которая лишила казахов государственности в 1822-1824 годах, грубо нарушив условия протекторатно-вассальных отношений, ханский титул Кенесары нелегитимен.
Кенесары Касымулы удалось воскресить идею возрождения казахского ханства, и на протяжении целого десятилетия высоко нести его знамена. Как писал известный исследователь и краевед Семипалатинской области Н. Коншин: «После гибели в Туркестане султана Касыма Аблайханова и его сыновей Саржана и Исеньгелды (1836 и 1840 годы), во главе казахского движения стал их брат Кенесары Касымов. Это был выдающийся во всех отношениях человек, стоявший много выше своих сподвижников, навсегда сумевший выйти из узкой сферы личных и родовых отношений. Только в лице Кенесары мы встречаем в истинном смысле национального казахского героя, мечтавшего о политическом объединении всех казахов».
 

– Могло ли движение Кенесары хана закончиться успехом или же более затяжной партизанской войной против Российской империи – «жандарма Европы», учитывая все ее военное и экономическое могущество?
– При стечении ряда позитивных обстоятельств, можно было, если не остановить, то, по крайней мере, оттянуть на некоторое время процесс завоевания Казахстана. Кенесары сумел создать вполне боеспособную регулярную армию, состоящую из 20 тысяч человек. Также как его далекий пращур Чингизхан, он разделил армию на десятки, сотни и тысячи. Наиболее отличившимся и храбрым батырам он присваивал звания «жузбасы» (сотник) и «мынбасы» (тысячник). Кенесары сформировал особый отряд из метких стрелков во главе с «мерген-басы» (командир стрелков). По образцу и подобию русской армии, хан ввел в своих войсках особые знаки отличия.
Как писал прекрасный знаток наших степей, британский исследователь середины XIX века Т.-В. Аткинсон: «Кенесары готовил из киргизов прекрасных бойцов. Многие говорили мне, что именно необычайная ловкость в обращении с копьем и боевым топором позволяла джигитам Кенесары столь успешно воевать с превосходящими силами противника. Имея хороших офицеров, киргизы могли бы составить лучшую кавалерию в мире».
В западне
– Но участь Казахстана к этому времени уже практически была предрешена: с 1824 года в степной части Казахстана один за другим стали строиться опорные пункты царизма – крепости, – продолжает историк. – Во-первых, Российская империя к этому времени имела в своем арсенале богатейшую и громоздкую дипломатию, и уже вмешалась в процесс лишения государственности и его зачатков у более чем 50-ти народов.
Во-вторых, в военно-техническом, численно-демографическом отношениях царская Россия в разы превосходила казахских номадов. В-третьих, умело используя мощнейшую дипломатическую машину, она раздробила казахскую элиту, состоящую из числа султанов, батыров и биев.
Царизм действовал по древнему имперскому принципу «Разделяй и властвуй». В некоторых жузах назначали по несколько ханов, как это было в Среднем и Младшем жузах (Уали хан и Букейхан). Некогда единый жуз дробили на части: к примеру, в 1801 году из Младшего жуза была выделена Внутренняя Орда. В 1788 году Средний жуз раздробили на две части: левобережных и правобережных (по отношению к Иртышу). Позднее ага-султанов стали назначать из простолюдинов, потихоньку подтачивая власть чингизидов… Наиболее авторитетных торе царизм быстро нейтрализовал. Правитель казахов Приаралья Арынгазы был арестован и сослан в Калугу. Хан Губайдулла был схвачен и отправлен в Березов Тобольской губернии. Шокану преградили путь в старшие султаны Атбасарского внешнего округа в 1862 году, несмотря на его высочайший авторитет в российском генералитете и среди высших чиновников империи.
Что примечательно, после подавления восстания казахов под руководством Кенесары Касымулы, во главе народных волнений чингизиды практически уже не выходят. Об этом написал тот же Л. Мейер: «с этого времени народными защитниками являются простые киргизы... а султаны окончательно отодвигаются на задний план, или просто делаются русскими чиновниками».
 

– Какие непосредственно военные ошибки были допущены Кенесары ханом? К сожалению, не вся знать поддержала хана… Можно ли данное обстоятельство назвать главной трагедией Кенесары?
– Основной ошибкой хана было вторжение на территорию кыргызов. Война стала приобретать братоубийственный характер. Это и стало главной трагедией хана. Об этом пишет известный исследователь Казахстана середины XIX века М. Красовский: «Неизвестно, как пошли бы дальнейшие дела в подвластных нам степях, ежели бы остался в живых Кенисара Касимов. Энергичная личность эта могла успокоиться только смертию. В 1847 году... он был замкнут кара-киргизами, отбивался от них геройски, но наконец был схвачен и зверски убит».
Кенесары Касымулы сделал попытку найти политическое убежище в соседнем Китае, отправив туда посольство во главе с султаном Кудайменды. Однако представители Китайской империи ответили категорическим отказом, не желая портить отношения с «белым царем». Это было зафиксировано в фондах Омского государственного исторического архива: «посланные возвратились спустя месяц с двумя китайскими чиновниками и одним переводчиком, которые объявили Кенисаре, что он под покровительство Китая принят быть не может». Китаю ни к чему был сильный и воинственный хан, пользовавшийся огромным влиянием среди казахов и всех мусульман Центральной Азии. И Кенесары хан оказался в «западне»…
Итак, уйти он не мог, а сдаться для него было неприемлемо. Кто-то, возможно и спасся бы из окружения, жертвуя своими сарбазами. Но, Кенесары не пошел на это, ибо в таком случае он лишился бы права называться «ханом казахов» и заслужил бы проклятия на свою голову.
 

До дней свободы, дней побед
 

– Вы профессиональный историк с многолетним стажем, начинали свою деятельность еще в СССР, в котором Кенесары хан представлялся в качестве «разбойника,  угнетающего простых казахов». Сталкивались ли в начале своей карьеры лично вы с трудностями, которые испытал герой фильма «Аманат» – Ермухан Бекмаханов?
– Я окончил исторический факультет Омского госуниверситета в 1991 году, и когда обучался в вузе, то шла уже горбачевская перестройка. До нас уже доходили объективные и альтернативные оценки персоны хана Кенесары. Тогда появились первые статьи Е. Валиханова, Ж. Касымбаева, а также самиздатовские варианты трудов Ермухана Бекмаханова, Э. Дильмухамедова, С. Садуакасулы и других. Мы читали трилогию Ильяса Есенберлина. Были воспитаны на легендах и исторических преданиях о хане Кенесары, которые я добывал в ходе экспедиции по аулам Западной Сибири, будучи командиром историко-этнологического отряда ОмГУ. В Омской, Тюменской областях было много сосланных и убежавших от репрессий и голода выходцев из Казахстана. Они были превосходными фольклористами. Я был уже знаком с трудами Машхур-Жусупа Копейулы, чьи портреты у себя дома вывешивал каждый уважающий себя казах Омска и области.
 

– Внесите, пожалуйста, ясность в вопрос о нынешнем нахождении головы хана.
– То, что голова хана Кенесары в XIX веке оказалась в Омске, не подлежит никакому сомнению. На этот счет есть информация, например, у исследователя А. Добромыслова: «Череп Кенисары попал впоследствии в руки князя Горчакова, который приказал хранить его в Главном Управлении Западной Сибири при деле «О бунте Кенисары».
В Историческом архиве Омской области, в фонде Палашенкова есть четкие доказательства доставки черепа хана. Я сам читал его записи в 2016-м году. Работы омского краеведа однозначно свидетельствуют о том, что в начале XX века череп хана находился при деле «о бунте султана Кенесары» в качестве вещественного доказательства. На пожелтевшей лобной части черепа была печать генерал-губернатора Западной Сибири.
А вот далее происходят непонятные вещи. До недавнего времени в омском историческом музее находилось ружье хана. Лет 10 тому назад я его сфотографировал с известным омским фотографом Алексеем Озеровым и теперь передаю это редакции (на снимке). Ружье имеется, а череп пропал. Отсутствует документ, куда он выбыл. Учитывая наличие и существование мощной российской и советской архивной бюрократии, невозможно представить, что этот артефакт исчез.
А недавно с витрины музея исчезло и ружье… О чем говорить, если попытка вернуть даже ружье не увенчалась успехом.
 

– Спустя полтора века после гибели Хана Кене, Казахстан получил независимость. Какие выводы можно сделать из национально-освободительного движения пос­леднего хана?
– Своих детей надо воспитывать в духе такой великой личности, как хан Кенесары. Он беззаветно любил свою Родину. Его отличало то, к чему мы сегодня стремимся в эпоху модернизации общественного сознания и возвращения своего национального кода. Он олицетворяет собой то, что мы потеряли и что мы заново обрели. Вот что об этом писал один из лидеров алашского движения Алихан 
Бокейхан:
«За годом год хромали годы, 
прошло их много с той поры,
Как вольный сын степной свободы, 
казнен Батыр Кенесары.
Но дух его бунтарской воли, 
его борьбы кровавый след,
Был маяком казахской воли, до дней 
свободы, дней побед».

P.S. Личностью Кенесары восхищались и вдохновлялись еще при его жизни не только в Казахстане и России. Одним из его поклонников был Жюль Верн. В качестве прообраза хана Феофара в романе «Михаил Строгов» был взят именно Кенесары.
Хан Кене вызывает большой интерес и сейчас, в том числе и в России. Так, в адрес Зиябека Кабульдинова пришло письмо от руководства одного из музеев Белгородской области РФ. В нем казахстанского ученого убедительно просят оказать содействие в приобретении книги о Кенесары Касымулы, «которую очень часто спрашивают читатели, особенно студенты нашего университета».
 

 

Талгат ИСЕНОВ, Астана,
фото Советбека МАГЗУМОВА, 
и из личного архива 
Зиябека КАБУЛЬДИНОВА

Тематика:   Кенесарыхан

Смотрите также: