Главная  /  Интервью  /  Евгения Ермакова: Наши не сдаются

Евгения Ермакова: Наши не сдаются

Иван Резванцев
716
Евгения Ермакова: Наши не сдаются
Евгения Ермакова – целая эпоха казахстанского спорта

Она до сих пор считается первой и единственной пловчихой из Казахстана, отбиравшейся на Олимпийские игры по категории «А». На ее счету более десятка всесоюзных и казахстанских рекордов. Четыре из них не превзойдены до сих пор. Одному из этих рекордов в следующем году стукнет 25 лет!


Семья как кузница рекордов

 

– У меня не было привычки считать, сколько именно высших достижений СССР и Казахстана я установила за свою спортивную карьеру. Приблизительно знаю, что больше двадцати.


– У вас спортивная семья. Отец – Виктор Ермаков – заслуженный тренер СССР по греко-римской борьбе. Он воспитал чемпиона Олимпийских игр-1976, победителя первенства мира-1975 Анатолия Быкова. Сестры добились неплохих результатов в плавании. В чем секрет вашей семьи?


– Сразу скажу, что никаких секретных систем у нас не применялось. Зато была внутренняя конкуренция. В семье росли три девочки. Я – самая младшая из них. Мои сестры профессионально занимались фехтованием. Старшая выполнила норматив мастера спорта СССР в 16 лет. Средняя – в 15, я – в 12. Норматив мастера спорта международного класса СССР мне покорился в 13 лет. Мои сестры такого результата уже не показали. И я, будучи еще тогда совсем ребенком, думала: вот оно – счастье! (Смеется).


– Чем сейчас занимаются ваши сестры? Они остались в спорте?


– Старшая – Татьяна Ермакова – живет в Самаре. Работает тренером по фехтованию. Это, наверное, единственный случай в мире, когда женщина возглавляет профессиональную мужскую команду шпажистов.
Средняя – Наталья Журавлева. Она у нас жесткий, но при этом справедливый и абсолютно неподкупный человек. Ей, наверное, на роду было написано стать известным в мире фехтования судьей. Наталья входит в число элитных рефери, судит крупнейшие международные состязания по шпаге и рапире. Ее, как правило, назначают на самые принципиальные поединки.
На Олимпийских играх-2016 в Рио-де-Жанейро моей сестре доверили судить скандальный поединок за бронзовые награды в мужских командных состязаниях по рапире. Тогда в утешительном финале встретились сборные США и Италии. Изначально работать должен был совсем другой специалист. Но участники «бронзовой» дуэли, посчитавшие, что их засудили на отборочном этапе, дружно подали протесты и отказывались выходить на помост. Случился грандиозный скандал. Главный рефери попытался подобрать компромиссные варианты из числа других судей. И представители обеих национальных сборных согласились выступать при одном условии: если на поединок в качестве судьи назначат Наталью Журавлеву. Тот матч она отработала без единого замечания со стороны сборных США и Италии.

 

История одного предательства

 

– На Олимпиаде-1992 в Барселоне вы могли стать обладателем бронзовой медали. Но в финальном заплыве тренер сборной СНГ не заявил вас в основном составе. Из-за чего женская команда финишировала лишь четвертой. С того времени миновало уже много времени. Обида осталась?


– Понимаете, это была фактически гарантированная олимпийская медаль, которую мы в итоге проиграли. Я искренне не понимала: как можно не поставить в финальный заплыв эстафеты 4х100 метров вольным стилем первого номера бывшего СССР? Главный тренер сборной СНГ по плаванию Глеб Петров и руководитель юниорской команды Владимир Ермаков мне популярно объяснили: на предварительных этапах меня использовали, чтобы не пролететь мимо финала. В решающем заплыве поплывет чисто российская четверка, состоящая в основном из
московских спортсменок. Хотя на тот момент мы выступали под флагом Объединенной команды СНГ.
В тот день события развивались очень быстро. Меня сняли с финального заплыва, а на мое место заявили девочку, которая вообще впервые выехала за границу. Она преодолела дистанцию за 58 секунд с копейками. Я же в те годы гарантированно плыла за 55 секунд. В финале сборная СНГ стала лишь четвертой, уступив бронзовым призерам из Германии всего одну секунду! В итоге тренеры лишили олимпийской медали не только меня, но и себя тоже.
Для меня это был большой стресс. До сих пор не понимаю: как я тогда набралась наглости, чтобы прилюдно отчитать двух заслуженных тренеров СССР! В лицо им заявила, что они поступили нечестно. В тот момент у меня в душе кипели такие страсти, что меня, наверное, разорвало бы на части, если бы я этого не сделала. Правда, этот поступок потом предопределил всю мою дальнейшую жизнь.


– В чем это выражалось?


– Эти господа в ответ мне заявили, чтобы я «громко не хлопала дверью – все равно стучать придется»: СССР распался, а в Казахстане плавание точно загнется. И придется мне прийти к ним на поклон. Я тогда безапелляционно заявила, что никогда этого не сделаю. И слово свое сдержала, несмотря ни на какие обстоятельства.
Дело в том, что на следующий год вся моя семья переехала в Россию. Я даже не рассматривала вариант смены места жительства. До истерик доходило: я категорично заявила родителям, что останусь в Алматы. Но как оставить одну 16-летнюю девочку? Спасибо родителям, что в трудную минуту они меня поддержали. Отец с сестрами переехал в Самару, а мама осталась со мной. Так мы и прожили вместе до
моего замужества. Только после этого она вернулась к отцу.
Единственное, что я тогда могла сделать: вернуться в 1993 году в Москву и выиграть Открытое первенство России на короткой воде. Этим шансом я воспользовалась в полной мере. На дистанции 200 метров вольным стилем я установила очередной республиканский рекорд, который держится до сих пор. Это была моя маленькая… (Смеется). Нет, не месть. Точнее будет сказать, тогда я получила небольшое моральное удовлетворение. В те годы для меня это было очень важно.

 

Только вперед!

 

– В 2004 году вы завершили карьеру. Не сложно было окунуться в реальную жизнь?


– Я отобралась на Олимпийские игры-2004 в Афинах по категории «А». Но руководство сборной Казахстана по плаванию решило, что мне не стоит выступать в столице Греции. Они решили сделать упор на молодежь. Конечно, мне неприятно было заканчивать свою карьеру именно так. Я хотела еще раз попробовать побороться за медаль. Однако, сами понимаете, с начальством спорить бесполезно.
Процесс адаптации к обычной жизни прошел вообще безболезненно. К тому времени я получила диплом Оклендского университета по специальности «Маркетинг, финансы и международные отношения» и уже год работала по специальности в крупной иностранной компании. Параллельно продолжала заниматься плаванием.
Я считаю, когда спортсмен старается держаться за свое славное прошлое, в дальнейшей жизни ему это будет только мешать. Нельзя существовать за счет прошлых побед, эмоций, эйфории. Мне хотелось, чтобы в моей жизни было что-то еще, кроме тренировок. Поэтому всегда старалась уделить время
своему образованию. На мой взгляд, нужно всегда двигаться вперед. Нет такого понятия: на время остановиться, чтобы сделать короткую передышку. Если ты встал, значит – упал. Иного не дано.


– Сколько университетских дипломов вы уже успели получить?


– Пока у меня два высших образования. Первое – физкультурное. Но я его не считаю, так как тренером никогда не работала. Второй диплом получила в Новой Зеландии в Оклендском университете. В этом году поступила в Московский институт психоанализа на факультет «Общая психология и прикладной психоанализ».

 

Поколение NEXT

 

 

– Почему у твоей дочери такое необычное имя для наших широт – Дженнифер?


– Она появилась на свет в Новой Зеландии. Муж хотел назвать ее Женей. Как я потом узнала, у него это вообще любимое женское имя. Наверное, на меня тоже обратил внимание только из-за имени (Смеется). Но в Новой Зеландии, по себе знаю, местные жители просто не могут его выговорить. Поэтому, чтобы наши новозеландские друзья не мучились, в документах дочка значится как Дженнифер Александер Русанова. В нашей семье все называют ее Женя.


– Психологи утверждают, что родители стараются реализовать в своих детях свои мечты. Ваша дочь занимается синхронным плаванием. Неужели вы в детстве мечтали заниматься этим видом спорта?


– Да, это исключительно мой выбор. Я до сих пор переживаю: вдруг сделала ошибку? Я не могла заниматься синхронным плаванием в силу своих анатомо-физиологических особенностей: у меня совершенно нет слуха и недостаточно гибкости для этого вида спорта. И порой мне кажется, что у меня еще много чего не хватает, о чем я пока даже и не догадываюсь (Смеется).
Для дочки я выбрала этот вид спорта чисто интуитивно. С трех лет Женя занималась художественной гимнастикой, восточными танцами и классическим плаванием. Везде она показывала приличные результаты. Мне хотелось, чтобы дочь выросла артистичной и пластичной. Потом выяснилось, что у нее есть еще и музыкальный слух.
На этот счет у меня даже возник серьезный спор со старшей сестрой. Она попробовала Женю в фехтовании. И в этом виде спорта, в силу своего бойцовского характера, дочь начала показывать приличные результаты. Сестра настаивала, чтобы Женя сосредоточилась именно на фехтовании. Я стояла на своем. Аргумент у меня был «железобетонный»: если Бог наградил ребенка артистизмом, чувством музыки, такта и внутренним огнем, как можно все это спрятать под фехтовальной маской?


– Судя по всему, старались не напрасно. На последнем чемпионате Азии в Ташкенте в возрастной категории 13-15 лет она выступила просто превосходно.


– Женя выиграла одну золотую, две серебряные и бронзовую медали. Я очень рада этому достижению. Нынешний год стал для нее очень тяжелым. Чисто физиологически Дженнифер перешла из разряда детей в подростки. Это очень сложный период, потому что в организме меняется практически все. Как правило, в такой период резко падают результаты. И я безумно рада, что Женя преодолела все эти препятствия.


– Насколько знаю, занятия синхронным плаванием – довольно дорогое удовольствие.


– По сравнению с классическим плаванием это очень дорого! Приведу лишь один пример. Когда Жене исполнилось 11 лет, тренеры подготовили оригинальную композицию. Специально, под ее характер и темперамент. Сразу возникла проблема: чтобы подчеркнуть образ, нужно пошить хороший купальник. В Казахстане подобных услуг никто не оказывает. Пришлось обращаться за помощью к талантливому художнику из Москвы Наталье Набатовой, которая изготавливает купальники для девочек из сборной России. По музыке и со слов тренеров о характере спортсменки она создала потрясающий костюм.
Естественно, подобные услуги стоят очень дорого. Цены начинаются от 500 евро за купальник. Что самое интересное, в бюджете наших команд подобные траты вообще не предусмотрены. Естественно, вся эта финансовая нагрузка ложилась на родительские плечи. Плюс регулярные расходы на учебно-тренировочные сборы, питание, проезд, абонементы на посещения занятий. В итоге в год выходит весьма приличная сумма.
И с каждым годом затраты только растут. Сейчас мы выходим во взрослый спорт. Перед нами встал вопрос о постановке оригинальной программы для соло. Чтобы конкурировать за место на подиуме, необходима серьезная, профессиональная композиция. Значит, для ее составления нужно задействовать признанных мастеров своего дела. А это весьма дорогое удовольствие. Цены на подобные услуги начинаются от пяти тысяч евро. Стоит отметить, что нужны две постановки: для выступления в произвольной и технической программах.
Благо, у Жени появился спонсор, что очень большая редкость для казахстанского спорта – крупная иностранная аудиторская компания. Я до последнего не верила, что такое вообще возможно. Нам перечислили деньги. Теперь ищем специалистов, которые возьмутся за составления сольных композиций.


Иван РЕЗВАНЦЕВ,
фото автора, Алматы

 

Тематика:   Евгения Ермакова