Главная  /  Интервью  /  Болат Палымбетов: «В сфере защиты бизнеса в СНГ равных нам нет. Это достижение независимости»

Болат Палымбетов: «В сфере защиты бизнеса в СНГ равных нам нет. Это достижение независимости»

Соб. инф
3047
Болат Палымбетов:  «В сфере защиты бизнеса в СНГ равных нам нет.  Это достижение независимости»
Уполномоченный по защите прав предпринимателей Казахстана Болат Палымбетов ответил на вопросы «Литера».

Одно из достижений независимого Казахстана – сформировавшийся за эти годы полноценный предпринимательский класс. В истории нашего бизнеса были разные страницы: период «челночничества», знаменитого «купи-продай», время беззащитности, когда любой проверяющий мог просто одним росчерком пера убить на корню налаженный бизнес. Граждане с бизнес-жилкой испытали на себе и всяческие «кошмаривания», и делили тюремные нары с зеками, как «лжепредприниматели», и становились объектами рейдерского захвата. Но эти страницы давно перелистаны. За представителей малого и среднего бизнеса всегда горой стоял Глава государства. Практически в каждое свое Послание народу Казахстана Нурсултан Назарбаев включает пункт об улучшении ситуации с предпринимательством. И говорит о необходимости снижения давления на бизнес и создания благоприятных условий для его развития.


Одним из ключевых событий в системе государственной поддержки бизнеса можно смело назвать появление должности уполномоченного по защите прав предпринимателей, как новой составляющей президентской вертикали. Бизнес-омбудсмен Казахстана подотчетен только Президенту страны и ежегодно представляет ему доклад о результатах проделанной работы.
Необходимость – укрепления института бизнес-омбудсмена для защиты интересов предпринимателей была озвучена Главой государства в Плане действий «100 конкретных шагов». Какие же условия созданы у нас для наших предпринимателей? «Литер» задал этот и другие вопросы Уполномоченному по защите прав предпринимателей Казахстана Болату Палымбетову.

 

Казахстанский предприниматель знает свои права и уверен, что дальше будет еще лучше.

 

– С февраля 2016 года вы защищаете права бизнесменов. Судя по вашей активности, постам в фейсбуке, эта работа вам очень нравится?


– К любой своей работе отношусь ответственно и на порученном мне участке выкладываюсь по полной. Перед бизнес-омбудсменом ставилась задача – проанализировать ситуацию, систематизировать проблемы, которые мешают вести бизнес и развивать его. Глава государства поручил усилить работу по гуманизации уголовного законодательства, в том числе декриминализации экономических правонарушений. С самого начала мы делали упор именно в этом направлении. Надо было освободить бизнесменов, осужденных за экономические преступления. Ведь это судьбы человеческие.
Объявленная Президентом страны амнистия, приуроченная к 25-летию Независимости, позволила более 600 осужденным предпринимателям вернуться в экономическую деятельность. Количество уголовных дел по экономическим правонарушениям снижено в 5 раз.


Нужно признать, что в Казахстане созданы хорошие условия для свободного ведения бизнеса. Об этом говорят и последние результаты рейтинга Doing Business Всемирного банка. По сравнению с прошлым годом Казахстан поднялся на 8 позиций по легкости ведения бизнеса и занял 28 место среди 190 стран мира.


Конечно, все это результат масштабной работы по снижению административной нагрузки на бизнес. Например, в КоАПе учтены такие важные для бизнеса новшества, как возврат института освобождения от ответственности при малозначительности деяния, снижение размеров адмштрафов в среднем на 30% по 157 статьям, возможность оплатить штраф с 50-процентной скидкой. И это не предел. Работа в этом направлении продолжается.


Двадцать четвертого мая текущего года Президент подписал Закон по внесению изменений и дополнений в вопросы совершенствования регулирования предпринимательской деятельности. В нем предусмотрены кардинальные меры по оптимизации государственного контроля и надзора. Это отмена выборочных проверок, сокращение контрольных и надзорных функций, внедрение профилактического контроля, сокращение сроков проведения проверок.


– До сих пор образ предпринимателя ассоциируется с забитым и загнанным человеком, который пытается заработать на пропитание своей семье...


– Я бы не стал так драматизировать. Сегодняшний бизнесмен – юридически подкованный человек и просто так себя в обиду не даст. Казахстанский предприниматель знает свои права. Если бы не жесткая воля и понимание в сфере предпринимательства со стороны Главы государства, то да, было бы тяжело до сих пор.


Честно говоря, на постсоветском пространстве в сфере защиты бизнеса нет равных нам. Это и есть одно из достижений нашей независимости. Мы давно впереди. У нас ситуация намного лучше. Соседние страны изучают наш опыт, внимательно рассматривают внесенные нами изменения в уголовный, налоговый, административный кодексы и наши всевозможные госпрограммы. Им интересен наш опыт по объединению в единую палату «Атамекен» предпринимателей.


– Можно сказать, что вы за два года познакомились со всеми предпринимателями страны и знаете их в лицо?


– В Казахстане малым и средним бизнесом занимаются более трех млн человек. Поэтому физически невозможно перезнакомиться со всеми лично (смеется). Любую проблему сначала нужно изучить. Поэтому вначале объездил все области и постарался встретиться со всеми желающими в формате открытых дверей. Затем мы проанализировали поступившие как устно, так и в письменном виде жалобы.

 

Самое главное в бизнесе – открытость

 

– Вы отвечаете за системные сбои в предпринимательской среде. Назовите их. Что не так?


– В целом, все системные проблемы вместе с «Атамекен» свели в единый реестр, они размещены в открытом доступе. Выявлено 604 таких проблемы, 425 из которых или 70% удалось решить, 50 – на стадии решения, на обсуждении с госорганами остается 129 проблем.


Решение системных проблем ведется в различных направлениях, ряд из них решается в рамках дорожных карт с Генеральной прокуратурой, Агентством по делам госслужбы и противодействию коррупции, а также в рамках поручений Канцелярии Премьер-министра совместно с Министерством нацэкономики РК (МНЭ).


Особого внимания заслуживает План мероприятий МНЭ, включающий в себя 48 системных проблем. Они прорабатываются с компетентными госорганами, большинство предполагаемых сроков решения приходится на 2019 год. Как правило, решение системных проблем проходит благодаря совершенствованию законодательства.


– Насколько у нас бизнес защищен от «кошмаривания» правоохранительных органов?


– Это одна из самых главных задач бизнес-омбудсмена. Предприниматели не должны несправедливо страдать. Это подчеркнул и Глава государства в Послании – необходимо повысить защиту бизнеса от неправомерного административного давления и угроз уголовного преследования.


В результате гуманизации уголовного законодательства, снижения санкций за правонарушения в предпринимательской среде количество уголовных дел по экономическим правонарушениям сократилось в 5 раз! Кроме того, исключена статья за лжепредпринимательство, снизилось давление на контрагентов. Этого всего не могло быть, если бы не всесторонняя подержка со стороны Генеральной прокуратуры, Правительства, Парламента.


Много жалоб было по возбуждению уголовных дел по лжепредпринимательству. Допустим, компания в течение четырех лет занималась бизнесом: покупали-продавали товары, делали ремонты. На пятый год у них поменялся учредитель, который и надоумил директора заниматься лжепредпринимательством. Обычно это незаконное обналичивание денег. Директора «ловят», начинается следствие. 4 года честной работы – впустую. Все, кто работал с этой фирмой, попадают под прессинг следствия как члены ОПГ. Раньше Уголовный кодекс позволял это. Налагались непомерно высокие штрафы. Весь бизнес мог стоить около миллиона тенге, а штрафовали на сумму выше его стоимости. После внесения дополнений и изменений в УК и КоАП ситуация изменилась.


Второе – региональные проблемы. Обычно это касается волокиты, устраиваемой чиновниками. Как только решили земельные участки выдавать через аукционы, поток жалоб уменьшился. Бизнес хочет только одного: прозрачности. В этом году Глава государства подписал изменения в земельном законе, где четко прописано, что местные исполнительные органы обязаны размещать всю информацию в открытом доступе (на сайтах акиматов, интернет-ресурсах, СМИ) о предоставленных земельных участках, списки получивших участки, с указанием основания предоставления, целевого назначения и т.д. Меня иногда удивляет недальновидность иных чиновников. Зачем создавать барьеры, от которых страдает экономика региона?


– В Казахстане распространена практика, когда бизнес «нагибают» акиматы, заставляя спонсировать мероприятия…


– Было такое раньше, но сейчас постепенно уходит в Лету. Обычно при акиматах создавались всевозможные фонды для перечисления денег. Но ведь ясно, что предприниматели, живущие в этом регионе, с удовольствием помогают малой родине и без таких «напоминаний». Если нужно помочь малообеспеченным семьям, то дайте список и контакты. Сейчас многие занимаются благотворительностью, но не хотят это рекламировать.


– Как бизнес относится к ГЧП?


– ГЧП – это очень нужная и важная госпрограмма и один из способов решения различных проблем. Например, проблема нехватки государственных детсадов. Благодаря этой программе проблема очередников в детсады решена на 80%. Это один из самых успешных примеров ГЧП.


И здесь чиновники умудрялись вставлять палки в колеса. На одной из встреч в регионах предприниматель рассказал: «Прихожу в районо. Заведующая мне заявляет, что денег не даст. И ссылается на комиссию, в которой сидят ее подчиненные. Если это ГЧП, то почему нельзя сделать так, чтобы в этих комиссиях 50% были чиновники, а 50% – общественные деятели, предприниматели, депутаты и другие?» Вполне обоснованное предложение. Этот вопрос решился приказом министра.

 

Нерадивый чиновник боится гласности

 

– Раньше вы работали на госслужбе. Такому закоренелому чиновнику, как вы, удается услышать глас простого предпринимателя?


– Я незакоренелый чиновник, потому что в 90-х годах прошлого столетия начинал в бизнесе, с тех самых первых кооперативов, товарных бирж и брокерских дел. И никогда не был даже освобожденным комсомольским работником. Говоря современным языком, я по профессии айтишник. Окончил факультет «автоматизированные системы управления» алматинского политеха. Поэтому, как и все программисты, подхожу к работе системно. Ведь при решении любой проблемы создается алгоритм ее реализации. Даже в советское время это считалось уникальной специальностью, конкурс был большой, на одно место – 5 человек. Поэтому нынешняя волна цифровизации для меня – просто бальзам на душу.


– Значит у вас, айтишника первой волны, были шансы стать казахстанским Стивом Джобсом?


– Увы. Мы обучались по большим электронно-вычислительным машинам ЕС-1045. Для нас было в диковинку, когда появились первые персональные компьютеры. Я в то время практиковался в Москве, столице самой закрытой страны с железным занавесом, и без интернета. Сегодня активно изучаю криптовалюты и блокчейн. Двумя руками ратую за цифровизацию, потому что это один из способов убрать коррупцию.


Нужно начать с госуслуг, выдачи лицензий и разрешений, тендеров, конкурсов. То есть убрать контакт чиновника и бизнеса. Помните первые скоростемеры, которые начали фотографировать любителей прокатиться с ветерком? Водители шли сразу платить штрафы, понимая, что невозможно с кем-то договориться. В некоторых странах можно по телефону открыть ресторан или иное другое предприятие. И мы обязательно к этому придем.


– Предприниматель. Как вы к нему относитесь в целом?


– Предпринимателей нужно приветствовать и помогать! Тем более в регионах. Неважно завод он открывает или парикмахерскую. И тот, и другой создают рабочие места и налогооблагаемую базу.

 

Стараюсь делать все на совесть

 

– Вы возглавляли АО «ФН «Самрук-Недвижимость». При вас внедрен процесс получения квартир в качестве арендного жилья с последующим выкупом через интернет. Какие трудности возникали?


– АО «ФН «Самрук-Недвижимость» было создано в пик разгара проблем с дольщиками. Помните, было много недостроенных жилых комплексов, разорившихся строительных компаний, протестующих дольщиков в Астане и Алматы? Вот тогда была принята беспрецедентная программа. Государство могло сказать: «Идите в суд и разбирайтесь. Ведь это чисто хозяйственный спор между застройщиком и дольщиками». По поручению Главы государства была разработана специальная программа. Хотел бы отметить, что ни в одной стране мира государство не решало проблему дольщиков.


Мы брали недостроенные ЖК и достраивали. Дольщики получали ключи от своих квартир, а оставшиеся жилые квадратные метры продавались, бюджетные деньги возвращались государству.


Что касается арендного жилья с последующим выкупом, то казахстанцы впервые получили шанс купить квартиру, не выходя из дома, участвуя в торгах по интернету. Уникальная программа своего рода. Мы за две недели предупреждали потенциальных покупателей. Желающих купить арендное жилье с последующим выкупом было столько, что вначале сервер зависал! Весь процесс распределения жилья был открытым и прозрачным, жалоб, подчеркиваю, не было!


– Есть ли у вас несбывшиеся карьерные амбиции?


– Мой принцип: «Чтобы не было стыдно за результаты на порученном мне участке». Поэтому, где бы я ни работал, стараюсь делать все на совесть, чтобы люди вслед не кидали камни. Любая должность – ведь не на всю жизнь… А карьерных амбиций у меня нет.


– Интересно, какие бывают хобби у таких умных мужчин, в мозгу которых легко рождаются компьютерные программы?


– Люблю читать книги. Причем, самые обычные, наслаждаюсь, перелистывая страницы. Иногда, подгоняемый азартом, могу сосчитать, сколько страниц осталось дочитать и узнать финал! Это такой кайф!.. Вот я, казалось бы, человек-компьютер, не могу читать электронные книги! (Смеется). Как-то в самолете запоем читал книжку. Вдруг в салон зашел знакомый и на весь самолет закричал: «Ты один книги читаешь! Бумажные!» Чтение детективов, во-первых, разгружает мозг. Во-вторых, сейчас очень много интересных писателей. Ведь раньше были лишь приключенческие произведения Артура Конан Дойла.


Недавно прочитал книгу Шин Донг Хука «Побег из лагеря 14». Это первый северный кореец, которому удалось бежать из лагеря. Теперь он живет в Южной Калифорнии в США, является посланником правозащитной организации «За свободу в Северной Корее». Шин был подростком, когда его мать решила бежать. Он разозлился на нее из-за того, что она подвергает его опасности, и рассказал об этом охраннику. Охранник доложил начальнику лагеря, не упомянув, что об этом донес Шин.


Его пытали, прокололи живот, обжигали. Полгода он просидел взаперти. Затем Шина и его отца повезли смотреть на казнь матери и брата… Пока читал, страшно сопереживал. Ведь все это происходило в 21 веке.

 

Главе региона не до пальм в кадках

 

– Правда, что когда вы были акимом Мангистауской области, по вашему заданию около здания областного акимата были высажены пальмы в кадках? Такие комментарии были под заметками о новостях с полуострова…


– Когда я принимал область, то на повестке стояло столько злободневных вопросов, что точно было не до экзотических деревьев. Основной проблемой был Мангистауский атомный энергетический комбинат (МАЭК). Он снабжает население города Актау и близлежащих поселков, а также промышленные предприятия региона питьевой и технической водой, теплом и электрической энергией. То есть МАЭК – сердце экономики области – оказался на грани банкротства.


Глава государства поручил сделать область экономически привлекательной. А без инфраструктуры экономику не поднимешь. И мы пошли на банк-
ротство. МАЭК состоит из атомного реактора и ТЭЦ. Не скрою, были силы, которые хотели отдельно вытащить ТЭЦ. Но никто не хотел связываться с первым в мире промышленным реактором на быстрых нейтронах БН-350 с жидкометаллическим теплоносителем. Его проектная тепловая мощность составляла 1000 МВт.


…Ко мне тогда пришла делегация от МАЭК из физиков и ядерщиков. Они боялись, что его приватизируют частники. Кто будет тогда выводить атомный реактор? Мы написали программу, которую поддержали Глава государства и правительство. И прописали, что право на приватизацию имеют только компании с лицензией МАГАТЭ. После было создано ТОО «МАЭК-Казатомпром».


Что касается побережья, то эти кусочки разобрали еще до меня под индивидуальное жилищное строительство. Еще одной проблемой было то, что в Актау было много недостроенных объектов. И вообще не было строительных компаний, желающих строить как жилье, так и другие объекты. В каких только приемных строительных компаний я тогда не побывал! Никто не хотел туда ехать. Нам все-таки удалось убедить их работать в нашем регионе.
Также остро стоял вопрос газификации области. Когда я оставлял пост акима области, то регион был газифицирован более чем на 80 процентов.


– Вы возглавляли еще и СПК «Каспий»…


– Впервые в Мангистау тогда были завезены лошади адайской породы, организована система трейдингового закупа для сдерживания цен. Как только в январе на необходимые овощи и фрукты цены вырастали, со склада на рынок выбрасывались картошка, морковь, лук, свекла, заблаговременно закупленные в северных регионах. Они хранились на арендованных складах. Это был 2009 год и шел жесткий мониторинг цен. Были начаты инвестпроекты в 38 сферах промышленности.


Например, с помощью проекта «Атыраубалык» пытались развить экспорт рыбы и икры. Планировали строить товарно-осетровые фермы. Ведь Атырауский регион уникален тем, что вдоль реки Урал находятся рыбные колхозы. Тамошние рыбаки на глаз определяют рыбу – самка или самец (смеется). Вода в реке Урал очень питательная. Поэтому мы планировали в этих бывших колхозах поставить фермы и взять рыбаков на работу. Но, к сожалению, не успели...


Честно говоря, всего и не перечислишь. Как говорится, это совсем другая история. И я готов рассказать обо всем при следующей встрече.

 

Жанна ОЙШЫБАЕВА,
Астана

Смотрите также: