"Фотограф должен уметь все" – Максим Золотухин о профессии, которая изменилась за 30 лет

19 августа отмечается Всемирный день фотографии. Для кого-то фотография сегодня — способ сохранить воспоминание в галерее смартфона, для кого-то — профессия и искусство, требующее многолетнего опыта. Профессиональный фотограф с 30-летним стажем Максим Золотухин пришел к фотографии еще в советские годы, когда снимки проявляли в темной комнате под красным светом. В интервью Liter.kz  он рассказал, почему когда-то фотография стала для него настоящей магией, как он прошел путь от фотолюбителя до фотокорреспондента, что делает кадр живым и почему искусственный интеллект не сможет вытеснить фотографа. 

— Максим, как Вы пришли в фотографию? С чего все началось?

— Я, как многие советские дети, с детства увлекался фотографией. У меня был одноклассник, и его папа показал мне, как печатать фотографии. Это было настоящее волшебство — тогда еще не было цифровых технологий. В красном свете изображение постепенно проявлялось на бумаге. Для меня это была особенная магия. В принципе, меня фотография захватила лет на десять. Параллельно я учился на факультете журналистики нашего национального университета и постигал азы фотографии. Что-то фотографировал, учился, но сначала это была исключительно любительская съемка.

Постепенно я начал фотографировать для своих журналистских материалов. Эти снимки стали публиковать в газетах — сначала во время практики, а потом, когда я устроился в газету “Огласной огнелотал”, мои фотографии уже регулярно печатали вместе с материалами. Потом я стал больше снимать не для собственных публикаций, а для материалов коллег-журналистов. И со временем практически перестал писать и полностью стал фотокорреспондентом.

Фото: личный архив Максима Золотухина

— Вы изначально рассчитывали, что фотография станет профессией и источником дохода?

— Нет, конечно. В школе я вряд ли подозревал, что фотография когда-нибудь станет источником дохода. Это было прежде всего волшебное увлечение. Причем не только у меня — практически все тогда занимались или хотя бы пытались заниматься фотоделом. Не у всех получалось. и не все были достаточно упорными. Первоначально это было именно хобби. Я был первым парнем во дворе, который вместо того, чтобы играть в футбол, фотографировал, как другие играют в футбол. Меня за это даже больше уважали.

Фото: личный архив Максима Золотухина

— Какие жанры фотографии Вам ближе всего?

— Если человек достаточно долго работает фотокорреспондентом в газете, то волей-неволей ему приходится осваивать больше пяти жанров. Нужно уметь снимать и репортаж, и портрет, и натюрморт, и пейзаж, и животных. В газете фотограф не делится на какие-то отдельные жанры. Фотограф — это просто фотограф. Он обязан быстро и качественно снять все, что необходимо редакции. Сейчас мне больше всего по душе пейзаж и репортаж.

Фото: личный архив Максима Золотухина

— С какими профессиональными трудностями сегодня сталкивается фотограф в Казахстане?

— Наверное, прежде всего с различными ограничениями. Стоит где-нибудь появиться с большим красивым фотоаппаратом — и первым делом слышишь за спиной: “Уважаемый!”/ Потом приходится долго разбираться, насколько я “уважаемый”, почему я здесь могу фотографировать и почему охрана не может мне этого запретить. Это такой местный колорит. Я шучу, что я самый уважаемый человек в городе, потому что охранники меня везде очень сильно “уважаемым” называют. Но есть и объективные трудности. Сейчас фотографу прежде всего приходится конкурировать с искусственным интеллектом. Раньше фотографы конкурировали с людьми, которые купили так называемые мыльницы. Потом появились смартфоны. Теперь появился искусственный интеллект. Но все эти конкуренции со временем проходят, а фотографы и фотографии остаются.

— За годы работы у Вас было немало профессиональных наград. Каким достижением особенно дорожите?

— Еще в середине 2000-х годов я стал лауреатом премии Союза журналистов Казахстана. С тех пор у меня было много наград, различных званий и дипломов. Есть конкурсы, в которых я уже много лет регулярно одерживаю победы и получаю дипломы первой категории. Есть международные награды. Но по-прежнему самая дорогая для меня награда — это звание лауреата премии Союза журналистов Казахстана.

Фото: личный архив Максима Золотухина

— Есть ли съемка, которая особенно запомнилась?

— У фотографов есть такая шутка: “Лучшая съемка — та, на которую ты еще не пошел”. Перспектива сделать что-то большое и запоминающееся всегда кажется более привлекательной, чем то, что ты уже сделал. У меня было много проектов — книги, выставки, персональные и коллективные. Но если говорить о конкретной съемке, то, пожалуй, больше всего мне запомнилась история с дикими яками. Я пошел прогуляться выше Шымбулака, ушел примерно на 15 километров. Навстречу мне вышли яки — они там ходят по горам. Яки были с телятами, поэтому вожаку я, видимо, очень не понравился. Три яка бросились на меня.

Мне пришлось залезть практически на отвесную скалу и какое-то время там просидеть, пока они не ушли. Потом пришлось обходить их по гребню и спускаться гораздо ниже, уже туда, где ходило стадо. Вот это было действительно незабываемое впечатление. Были и другие съемки — в том числе военных действий в Кыргызстане, много разных историй. Но про яков, наверное, интереснее всего.

— Как Вы оцениваете современную фотографию в Казахстане? Развивается ли отрасль?

— Фотография, как и любой вид искусства, постоянно развивается. Современная техника очень сильно подталкивает к творчеству. Сейчас буквально за считанные минуты фотограф, обладая определенными навыками, может создать то, на что раньше могли уходить месяцы или даже годы. В целом фотография развивается во всем мире. Как и в любой другой сфере искусства, талантливая молодежь постоянно заставляет придумывать что-то новое и двигаться вперед — хотя бы идти в ногу со временем, если уж не получается его опережать. Иногда смотришь на фотографию и думаешь: “Ну куда уже лучше?” А потом проходит несколько недель — и появляется что-то еще лучше. Естественно, ты сам к этому тянешься и других подстегиваешь.

Фото: личный архив Максима Золотухина

— Как Вы находите композицию и идеальный кадр? Это интуиция или все-таки планирование?

— И то, и другое. Есть такое понятие, как “насмотренность”. Чтобы человек понимал, что в фотографии хорошо, а что плохо, он прежде всего должен смотреть на работы других авторов. Потом этот опыт постепенно переносится на собственные фотографии. Сначала нужно понять, что такое хорошая и плохая фотография именно в твоей работе, отталкиваясь от опыта старших, более опытных коллег или просто от тех кадров, которые тебе нравятся. Со временем это происходит практически интуитивно. Но есть и запланированные съемки: ты заранее понимаешь задачу, представляешь, что хочешь сделать, и уже в рамках этой задачи ищешь решение. Поэтому здесь работает и интуиция, и планирование.

— Что делает фотографию по-настоящему живой?

— Прежде всего эмоции. И совершенно неважно, какая именно это эмоция. Она может быть в человеке, в портрете. А может быть в природе или городском пейзаже. Я много фотографирую городские пейзажи, и главное в городе для меня — даже не его застройка, а то, что происходит в окружающей среде: облака, гроза, рассвет, закат. Именно это создает настроение. Вот это я и называю эмоцией.

Фото: личный архив Максима Золотухина

— Что бы Вы посоветовали начинающим фотографам?

— Настоящим начинающим фотографам я бы дал один совет. С одной стороны, нужно побольше слушать опытных людей. С другой — иногда слушать их поменьше, чтобы оставить окошко для собственного видения. В любом случае все зависит от упорства и труда. Талант — это, конечно, очень хорошо, но любой талант необходимо развивать. И снова возвращаемся к насмотренности: нужно смотреть фотографии других авторов, понимать, что в них хорошо, а что плохо. Хорошее оставлять для себя, а плохое — убирать.

— Была ли фотография или автор, которые особенно повлияли на Ваше творчество?

— Я бы, наверное, назвал не одну фотографию, а в целом журнал “Советское фото”. Там публиковались как профессионалы, так и фотолюбители. И была невероятно жесткая редакционная политика — случайных кадров практически не было. Если сейчас найти журналы 1970-1980-х годов, то практически каждая опубликованная фотография — шедевр.

Конечно, есть мировые фотографии, которые знают практически все: рабочие, завтракающие на стройке в Нью-Йорке, знаменитая фотография прыгающей балерины и другие. Но я не думаю, что те фотографии, которые оказали на меня влияние в журнале “Советское фото”, были хуже.