Гражданский кодекс как ответ потребностям экономики будущего
Инициированная Главой государства Касым-Жомартом Токаевым разработка нового Гражданского кодекса РК – закономерный этап развития гражданской правовой базы. И при системном обновлении с учетом трансформации имущественных отношений в условиях цифровизации, считает руководитель отдела законодательства отраслей экономики и социальный сферы Института законодательства и правовой информации РК Маржангуль АКИМЖАНОВА, необходимо сохранить преемственность фундаментальных принципов частного права.
- Маржангуль Турсунхановна, чем вызвана необходимость разработки нового Гражданского кодекса?
– Подготовка нового Гражданского кодекса обусловлена и изменениями экономических отношений, и потребностью в формировании целостной системы гражданско-правового регулирования, отвечающей современному этапу экономики. Действующий Гражданский кодекс, формируя основу юридического регулирования имущественных отношений, задал правильный вектор его развитию на основе принципов обеспечения и защиты права собственности, свободы договора и предпринимательской деятельности в условиях рынка. Однако за три десятилетия изменились не только экономические условия, но и содержание имущественных отношений, а также способы участия субъектов в гражданском обороте.
В Послании народу Казахстана Президент Касым-Жомарт Токаев непосредственно связал необходимость принятия нового ГК с переходом к экономике будущего. Ее развитие неизбежно сопровождается появлением новых объектов гражданских прав, изменением способов их осуществления и передачи, распространением платформенных моделей предпринимательства, автоматизацией договорных отношений и формированием новых механизмов исполнения обязательств и способов обеспечения. Сегодня внесение отдельных изменений и дополнений в действующий кодекс не позволяет в полной мере решить задачу системного согласования положений гражданского права с новыми правовыми конструкциями, значительная часть которых получила самостоятельное регулирование в специальных законодательных актах. Сохранение такого подхода создает предпосылки для фрагментации гражданского законодательства, усложнения правоприменения и нарушения внутренней согласованности его институтов.
Кодификация должна основываться на преемственности фундаментальных принципов и цивилистики, сохраняя их системообразующее значение. Одновременно она должна предусматривать универсальные правовые конструкции, способные охватывать новые формы и содержание экономических отношений, оставляя актуальность и устойчивость гражданско-правового регулирования в условиях их дальнейшей трансформации. Принципиально важно, чтобы разработанный Гражданский кодекс не ограничился закреплением уже возникшей цифровой среды, а содержал общие, технологически нейтральные правовые конструкции, применимые и к дальнейшим изменениям гражданского оборота.
– Темпы изменений в Казахстане, да и в других странах «на шестой части суши» в те годы, когда ученые-цивилисты трудились над Гражданским кодексом, были колоссальны, а экономическая ситуация преображалась на глазах. Насколько эволюционировала законодательная база в сфере экономики с тех пор?
– Законодательство, регулирующее экономические отношения, с той поры изменилось существенно. В 1990-е годы это было связано прежде всего со становлением частной собственности, созданием условий для эволюции рыночной экономики и негосударственного предпринимательства. В последующие десятилетия развитие финансового рынка, цифровизация гражданского оборота и появление новых договорных форм потребовали принятия специальных законодательных актов, в том числе Предпринимательского кодекса в 2015 году, Закона «О цифровых активах в Республике Казахстан» в 2023 году, Закона «Об искусственном интеллекте» в 2025 году и Цифрового кодекса в 2026 году. Это свидетельствует о появлении принципиально новых направлений правового регулирования.
Цифровизация изменила не только способы совершения и исполнения сделок, но и характер имущественных отношений. Предметом гражданского оборота становятся цифровые активы, права на виртуальные товары и онлайн-услуги, а договорное взаимодействие все чаще ведется посредством электронных платформ и автоматизированных систем. Вместе с тем юридическое регулирование таких отношений развивается преимущественно в рамках специального законодательства, тогда как общие положения гражданского права не в полной мере учитывают особенности новых объектов и способов осуществления имущественных прав. Поэтому необходимым видится системное согласование традиционных цивилистических институтов с правовыми конструкциями цифровой экономики в рамках нового Гражданского кодекса.
– Каких новшеств потребует современная концепция экономического законодательства?
– Цифровизация меняет характер имущественных отношений, формы организации предпринимательской деятельности и механизмы экономического обмена, что требует соответствующего обновления правовой базы Казахстана. В этих условиях кодификация должна быть направлена на решение нескольких принципиальных задач.
Требуется улучшение системы объектов гражданских прав с определением правовой природы цифровых активов. Возникает необходимость прямо определить соотношение компьютеризированного ресурса и удостоверяемого им имущественного права, правовые последствия автоматизированного волеизъявления при сделках, особенности исполнения обязательств с участием электронных посредников, а также основания распределения имущественных рисков при использовании автономных систем.
В обязательственном праве необходимо развитие универсальных договорных конструкций, применимых к платформенной торговле, облачным услугам, цифровым сервисам и автоматизированному исполнению обязательств. Особое значение приобретает уточнение правовых последствий электронных сделок, момента исполнения денежных обязательств при применении цифровых платежных инструментов и распределения имущественных рисков. Наряду с этим требуется совершенствование института гражданско-правовой ответственности с учетом особенностей причинения вреда при использовании AI.
Важным направлением остается развитие корпоративного права, расширение договорной и организационной самостоятельности участников предпринимательской деятельности, а также пересмотр отдельных вещно-правовых конструкций. Самостоятельным направлением должно стать совершенствование гражданско-правовой охраны личных неимущественных прав и благ, значение которых существенно возрастает в условиях диджитализации. Коммерческое использование персональных данных, изображения гражданина, его имени и иных индивидуализирующих признаков требует четкого разграничения допустимого использования и неправомерного извлечения экономической выгоды, а также развития эффективных способов защиты прав.
Особое значение приобретает совершенствование правового регулирования интеллектуальной собственности. Поскольку исключительные имущественные права на результаты интеллектуальной деятельности становятся значимым экономическим ресурсом. Оцифровка требует не только эффективной защиты этих прав, но и модернизации гражданско-правовых механизмов их коммерциализации, передачи, использования как объектов инвестирования и вовлечения в имущественный оборот.
– С какими проблемами сегодня обращаются граждане и предприниматели в государственные органы, к депутатам, что показывает судебная практика?
– В контексте кодификации гражданского законодательства можно выделить проблемы, имеющие значение для граждан и предпринимателей. Они затрагивают защиту имущественных прав, исполнение договоров, возмещение убытков и осуществление гражданских прав в цифровой среде. Анализ обращений в уполномоченные органы и содержание судебных споров позволяют выявить легислативные недостатки.
Надо усилить гарантии стабильности гражданско-правовых сделок, защиты добросовестного приобретателя и предсказуемости последствий признания сделок недействительными. Предприниматели сталкиваются с пересмотром ранее заключенных приватизационных и инвестиционных сделок, оспариванием имущественных прав и неопределенностью последствий государственных решений.
Судебная практика свидетельствует о сохраняющихся проблемах взыскания задолженности, уступки права требования и защиты должников от обременительных договорных условий. Не менее важна защита участников электронной торговли и платформенных отношений. По официальным данным Комитета по защите прав потребителей Министерства торговли и интеграции РК, в 2025 году в комитет и его департаменты поступило 18 237 обращений по вопросам электронной торговли, связанных преимущественно с предоставлением недостоверной информации о товарах и продавцах, несоответствием товаров заявленным характеристикам и отказами в возврате денежных средств. Поэтому необходимо уточнить гражданско-правовой статус операторов цифровых платформ, определить пределы их ответственности, правовые последствия электронных сделок и механизмы защиты от несправедливых договорных условий.
Судебные решения по взысканию неустойки демонстрируют проблему обеспечения баланса между свободой договора, защитой интересов кредитора и недопустимостью несоразмерной имущественной ответственности должника. В новом ГК целесообразно уточнить правила доказывания и определения размера убытков, соотношение различных способов защиты и механизмы восстановления имущественного положения потерпевшего. Представляется необходимым конкретизировать критерии уменьшения неустойки, обеспечив предсказуемость судебных решений, защиту добросовестных участников гражданского оборота и сохранение стимулирующей функции договорной ответственности. При этом не ограничивать договорную свободу установлением универсального предельного размера неустойки, а сформировать более определенные критерии судебного вмешательства в согласованные сторонами условия ответственности.
– Появятся ли новеллы, обеспечивающие более эффективную защиту денежных средств, имущества и прав граждан?
– Действующий Гражданский кодекс предусматривает широкий перечень способов защиты гражданских прав, закрепляет требования добросовестности, разумности и справедливости, устанавливает правила возмещения убытков и гражданско-правовой ответственности. Поэтому задача состоит не столько в расширении перечня способов защиты, сколько в повышении эффективности их применения, устранении правовой неопределенности и совершенствовании механизмов восстановления нарушенных прав.
Так, предстоит улучшить механизм возмещения убытков. Еще одним вопросом является защита так называемой слабой стороны.
Кодификацию необходимо осуществлять с учетом распространения дистанционных финансовых операций, электронных кошельков и цифровых платежных инструментов. Закон РК «О платежах и платежных системах» содержит специальные правила возврата денег по ошибочным и несанкционированным операциям. Однако требуется обеспечить согласованность этих правил с общими положениями ГК.
Особое внимание следует уделить разграничению рисков между гражданином, финансовой организацией и получателем денежных средств в случаях мошенничества, несанкционированного использования платежных инструментов и совершения операций под влиянием обмана. Нужно определить основания ответственности за предоставление заведомо недостоверной информации, умышленное сокрытие существенных обстоятельств, создание необоснованных ожиданий заключения договора и недобросовестное прекращение переговоров.
Необходимо обеспечить согласованное регулирование цифровых активов, имущественных прав на цифровые объекты и иных экономически значимых благ, существующих в цифровой среде. При этом следует избегать механического распространения классического права собственности на все цифровые объекты.
– Есть ли подходы, позволяющие укрепить уверенность граждан в защищенности собственности и надлежащем исполнении обязательств?
– Правовая определенность и стабильность гражданского оборота предполагают, что собственник может рассчитывать на сохранение его имущества, а кредитор – на надлежащее исполнение обязательства либо эффективные средства защиты при его нарушении. Реальной задачей является снижение риска неисполнения, недопущение извлечения выгоды из нарушения обязательств и повышение вероятности фактического удовлетворения законных требований кредитора.
Предлагаются следующие меры. Повышение эффективности ответственности за нарушение денежных обязательств. Статья 353 ГК РК предусматривает взыскание неустойки за неправомерное пользование чужими денежными средствами с применением базовой ставки Национального банка, а также возможность взыскания убытков в части, превышающей сумму неустойки. В рамках реформы необходимо оценить эффективность такого механизма применительно к продолжительной просрочке исполнения денежных обязательств. Целесообразно обеспечить такое регулирование, при котором несвоевременное исполнение не будет экономически выгодным для должника, а кредитор получает соразмерную компенсацию.
Необходимо совершенствовать правовые условия использования обеспечительных механизмов в отношениях с участием граждан, особенно при совершении дорогостоящих сделок и внесении значительной предоплаты. Эти механизмы должны быть юридически понятными, доступными по стоимости и обеспечивать защиту денежных средств при неисполнении договора, а также при возникновении имущественных споров между сторонами.
Целесообразно рассмотреть направления совершенствования соотношения исполнения обязательства в натуре, взыскания убытков, неустойки и применения иных мер гражданско-правовой ответственности. Представляется возможным прямо закрепить правила определения убытков на основе разумной стоимости замещающей сделки либо объективной рыночной стоимости соответствующего исполнения.
Важно учитывать, что наличие судебного решения о взыскании задолженности само по себе не гарантирует восстановления нарушенного права. Поэтому развитие гражданского законодательства должно сопровождаться согласованным развитием гражданских процессуальных норм, правовой базы об исполнительном производстве, реабилитации и банкротстве.
– Какие механизмы способны обеспечить надежную защиту добросовестного приобретателя при купле-продаже недвижимости?
– Этот вопрос представляется одним из наиболее сложных и значимых направлений реформы, поскольку требует определения справедливого соотношения интересов первоначального собственника и последующего добросовестного приобретателя недвижимости. В соответствии со статьей 261 ГК РК собственник вправе истребовать имущество у добросовестного возмездного приобретателя, если оно выбыло из владения собственника, помимо его воли. Одновременно закон предусматривает государственную регистрацию возникновения и перехода прав на недвижимое имущество. При этом занесение в реестр не обеспечивает приобретателю безусловной защиты от последующего истребования недвижимости. В результате лицо, заключившее возмездную сделку и полагавшееся на сведения государственного реестра, при определенных обстоятельствах может лишиться имущества.
Предлагается усилить принцип публичной достоверности государственного реестра недвижимости. Статья 7-1 Закона РК «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество» уже закрепляет государственную гарантию достоверности информации о зарегистрированных правах и ограничениях. Вместе с тем представляется необходимым более четко определить гражданско-правовые последствия добросовестного доверия приобретателя реестру. Целесообразно рассмотреть возможность закрепления положения, согласно которому лицо, возмездно приобретшее недвижимость с соблюдением требований добросовестности и должной осмотрительности, вправе полагаться на официальные сведения о зарегистрированных правах, если ему не было известно об их недостоверности при отсутствии предусмотренных законом обстоятельств, требующих дополнительной проверки.
Следует более определенно урегулировать соотношение реституционных требований между сторонами недействительной сделки и вещно-правовых требований к третьим лицам, приобретшим имущество впоследствии. Признание первоначальной сделки недействительной не должно автоматически влечь применение одинаковых последствий в отношении последующих приобретателей без самостоятельной оценки оснований приобретения ими недвижимости, их добросовестности и условий ограничения виндикации. Такие подходы отражены в нормативных постановлениях Верховного суда РК, однако их системное закрепление в Гражданском кодексе позволит повысить правовую определенность и обеспечить единообразие судебной практики.
Предлагается также конкретизировать обстоятельства, подлежащие оценке при разрешении вопроса о добросовестности приобретения недвижимости. К ним могут относиться проверка сведений госреестра, установление личности и полномочий продавца, наличие зарегистрированных обременений и известных приобретателю притязаний третьих лиц, соответствие условий сделки обычной практике оборота, обстоятельства оплаты и передачи недвижимости.
Результатом нововведений должна стать последовательная и предсказуемая система гражданско-правовой защиты, в которой добросовестное поведение участников гражданского оборота получает надлежащую правовую охрану, а нарушение гражданских прав влечет эффективное восстановление имущественных интересов потерпевшего.
Дулат МОЛДАБАЕВ
