Казахстан и США переходят к более практичной повестке: энергетика, критические минералы и инвестиции

Встреча президента Касым-Жомарта Токаева с сенатором Конгресса США Стивом Дэйнсом стала еще одним сигналом того, что казахско-американские отношения выходят на более предметный уровень, передает Liter.kz.

В центре переговоров оказались не только политический диалог и расширенное стратегическое партнерство, но и практические вопросы: реализация соглашений, подписанных во время визита главы государства в США, предстоящий саммит G20 в Майами, энергетика, инвестиции, торговля и инициатива по отмене поправки Джексона-Вэника.
Отдельное значение имеет то, что американская сторона положительно отметила политические реформы Казахстана, включая принятие новой Конституции. Для внешних партнеров такая повестка важна не только как внутренний политический процесс, но и как фактор долгосрочной предсказуемости, инвестиционного доверия и устойчивости институтов. О геоэкономическом значении Казахстана для США, перспективах энергетического сотрудничества и влиянии институциональных реформ на инвестиционный климат рассказал Уэсли Александр Хилл, эксперт по геоэкономике, энергетике и международным отношениям, старший заместитель директора и ведущий аналитик программы Energy, Growth and Security Международного налогового и инвестиционного центра, США.

– Президент Касым-Жомарт Токаев принял сенатора США Стива Дэйнса в период, когда отношения Казахстана и США получают новый импульс. С геоэкономической точки зрения, почему Казахстан становится все более важным для Соединенных Штатов в Центральной Азии?
– Центральная Азия и особенно Казахстан долгое время были стратегически недооценены в Соединенных Штатах. Сейчас это меняется, прежде всего из-за новых энергетических и геополитических стимулов в Вашингтоне.
Здесь пересекаются две ключевые тенденции. Во-первых, растет интерес к тому, как меняется характер конкуренции и взаимодействия России и Китая в Центральной Азии. Во-вторых, усиливается внимание к энергетическим ресурсам Казахстана, особенно к критически важным минералам.
В этом смысле Казахстан занимает особое место. Страна обладает ресурсной базой, стратегическим расположением и проводит внешнюю политику, которая позволяет ей сохранять конструктивные отношения с разными центрами силы. Для США это делает Казахстан не просто региональным партнером, а важным участником более широкой геоэкономической архитектуры Евразии.
– Сенатор Дэйнс положительно отметил политические реформы Казахстана, включая принятие новой Конституции. На Ваш взгляд, как реформаторская повестка Президента Токаева и институциональная модернизация Казахстана влияют на доверие инвесторов и долгосрочную экономическую привлекательность страны?
– Реформы Казахстана являются своего рода внутренним тестом для самой страны. Казахстан уже имел репутацию государства, благоприятного для бизнеса. Поэтому сами по себе реформы не были обязательным условием для привлечения инвестиций, но они стали важным и позитивным дополнением к уже существующим преимуществам.
Если Казахстан продолжит реализацию реформ через новую Конституцию и будет последовательно укреплять институты, это повысит доверие инвесторов. Для бизнеса важно понимать не только текущую экономическую ситуацию, но и направление движения страны, устойчивость правил и предсказуемость решений.
В этом смысле курс Президента Токаева на институциональную модернизацию может усилить позиции Казахстана как надежного и долгосрочного партнера. Сочетание деловой открытости, реформ и политической устойчивости повышает привлекательность страны для инвесторов, особенно в сферах, где требуются долгие горизонты планирования.
– Президент Токаев подчеркнул важность эффективной реализации соглашений, подписанных во время его визита в США. Какие направления сотрудничества могут стать наиболее перспективными для Казахстана и Соединенных Штатов, особенно в энергетике, критических минералах, инфраструктуре, технологиях и региональной связанности?
– Наиболее реалистичным и быстро реализуемым направлением для Казахстана являются инициативы, связанные с энергетикой. Это та сфера, где интересы сторон совпадают наиболее очевидно.
Конечно, такое сотрудничество требует развития инфраструктуры вдоль Каспия и в более широком региональном контексте. Но именно энергетические проекты обладают взаимной практической ценностью и могут быть финансово самодостаточными. Поэтому они выглядят наиболее осуществимыми на данном этапе.
Для Казахстана это особенно важно, потому что энергетика и критические минералы становятся частью новой глобальной конкуренции. Если Астана и Вашингтон смогут перейти от политических договоренностей к конкретным проектам, сотрудничество получит более устойчивую экономическую основу. Казахстанская политика в этой сфере выглядит прагматичной: страна стремится использовать свои ресурсы не только как сырьевое преимущество, но и как основу для инфраструктурного и технологического развития.
– На встрече также была затронута законодательная инициатива по отмене поправки Джексона-Вэника. Что означала бы отмена этого устаревшего ограничения для торгово-инвестиционных отношений Казахстана и США в символическом и практическом плане?
– Отмена поправки Джексона-Вэника обеспечила бы долгосрочные преимущества для отношений США и Казахстана. Сейчас для продления режима постоянных нормальных торговых отношений с Казахстаном ежегодно должны выдаваться соответствующие исключения.
Это создает дополнительную нагрузку на инвестиционное доверие. Сохранение такой процедуры означает, что режим нормальных торговых отношений теоретически может оказаться зависимым от политической конъюнктуры или геополитического кризиса. Для изменения ситуации не потребовались бы активные действия, было бы достаточно просто не продлить исключение.
Если этот риск будет устранен, доверие инвесторов по определению возрастет. В символическом плане отмена поправки показала бы, что отношения Казахстана и США окончательно выходят из рамок устаревших ограничений. В практическом плане это укрепило бы торговлю, инвестиции и деловое взаимодействие, особенно в тех отраслях, где Казахстан и США уже видят взаимный интерес: энергетика, критические минералы, инфраструктура и технологии.