Кто проектирует будущее Казахстана?
К 35-летию Национальной инженерной академии Республики Казахстан.
Устойчивое развитие страны определяется не только природными ресурсами и объемом инвестиций, но и способностью превращать научные знания в современные технологии, конкурентоспособную продукцию и новые производства. Ключевая роль в этом процессе принадлежит инженерному сообществу, объединяющему науку, промышленность и государство.
Эта задача приобретает особую актуальность в свете приоритетов, обозначенных Президентом Касым-Жомартом Токаевым по диверсификации экономики, развитию обрабатывающей промышленности, искусственного интеллекта и человеческого капитала.
В 2026 году Казахстан отмечает 35-летие Независимости. Свой 35-летний юбилей встречает и Национальная инженерная академия Республики Казахстан, история которой неразрывно связана со становлением экономического и технологического суверенитета страны.
От научной идеи к реальному производству
История Академии началась в ноябре 1991 года, когда по инициативе выдающегося ученого Умирбека Арислановича Джолдасбекова было создано Казахское отделение Инженерной академии СССР, впоследствии преобразованное в Национальную инженерную академию Республики Казахстан. На первоначальном этапе одной из важнейших задач было сохранение инженерных школ и научно-технического потенциала молодого государства.
На протяжении почти трех десятилетий президент НИА РК, академик Бакытжан Турсынович Жумагулов последовательно укрепляет ее научный и общественный авторитет. Под его руководством академия сформировалась как устойчивое инженерное сообщество, объединяющее ведущих ученых, представителей университетов, промышленности и региональных научных школ, способное выступать площадкой профессионального обсуждения стратегических задач развития страны.
Однако юбилей – это не только повод подвести итоги. Он заставляет задуматься о новой исторической миссии инженерной науки. Мы привыкли видеть в инженере специалиста, который находит технические решения для уже поставленных экономических задач. Сегодня этого недостаточно. Инженерное сообщество должно участвовать не только в реализации государственных решений, но и в определении самих направлений технологического развития.
В технологически развитых странах такой подход уже стал частью институциональной практики. В Германии Национальная академия инженерных и технологических наук acatech выступает независимым экспертным партнером государства по вопросам промышленной политики, энергетики, цифровизации и технологического суверенитета. Немецкое инженерное сообщество участвовало в формировании концепции «Индустрия 4.0», ставшей международным ориентиром цифровой трансформации промышленности. В Великобритании при Королевской инженерной академии действует Национальный центр инженерной политики, объединяющий экспертов различных отраслей для подготовки рекомендаций государству, включая вопросы энергетического перехода и достижения климатической нейтральности.
Этот опыт показывает, что сильные инженерные институты выполняют три взаимосвязанные функции: участвуют в формировании технологической политики, содействуют внедрению инноваций и поддерживают профессиональную компетентность и ответственность инженеров. Для Казахстана принципиально важно сформировать собственную модель такого участия, учитывающую структуру экономики, пространственные особенности страны, ресурсный потенциал и стратегические интересы государства.
При этом результативность инженерной науки нельзя измерять исключительно количеством публикаций, патентов или проведенных конференций. Ее подлинная ценность проявляется тогда, когда разработка проходит путь от лаборатории до промышленной площадки, создает рабочие места, снижает производственные издержки и формирует новую добавленную стоимость.
Показательным примером является научно-техническая программа BR21882289, уже реализованная в 2023–2025 годах под научным руководством академика, профессора КазНУ им. аль-Фараби Григория Муна при участии члена-корреспондента НИА РК В. А. Ефремова. В рамках программы разработаны технологии получения функциональных углерод-кремниевых и углерод-минеральных наполнителей из отечественного сельскохозяйственного и техногенного сырья.
Одно из производств создано на предприятии ТОО NeoCarbon в Баканасе Алматинской области. Здесь рисовая шелуха и солома перерабатываются в углерод-кремниевый микропорошок, применимый в производстве резинотехнических изделий, шин и фрикционных материалов. Технология предусматривает использование пиролизных газов в качестве энергоносителя. Согласно материалам научной программы, это позволило снизить себестоимость продукции более чем на 15% и увеличить выход готового продукта приблизительно на 10%. Производственная мощность составляет 1 500 тонн в год, объем инвестиций достиг 417 млн теңге, создано 15 квалифицированных рабочих мест. Расчетный простой срок окупаемости проекта оценивается в 1,9 года.
Другое направление реализовано на базе ТОО «Фирма «Балауса» – казахстанского предприятия, входящего в международную группу Ferro-Alloy Resources, которая разрабатывает ванадиевое месторождение Баласаускандык в Кызылординской области. В рамках научно-технического сотрудничества здесь внедрена разработанная казахстанскими учеными технология получения углерод-минерального усиливающего наполнителя из отходов переработки ванадийсодержащего сырья. По информации руководителя научной программы академика Григория Муна, производство введено в эксплуатацию, ежегодный выпуск составляет 5 000 тонн продукции, на которую уже имеются потребители. Этот пример демонстрирует, как международное промышленное сотрудничество и отечественная инженерная наука могут создавать новые продукты с добавленной стоимостью и обеспечивать практическое внедрение научных разработок.
Это принципиально важный результат: научная разработка не ограничилась лабораторными испытаниями или опытной партией, а получила практическое воплощение в действующем промышленном производстве.
Значение этих разработок выходит далеко за пределы отдельных предприятий. Сельскохозяйственные и горнодобывающие отходы становятся промышленным сырьем, создаются возможности для импортозамещения, формирования новых производственных цепочек и повышения технологической самостоятельности регионов. Это и есть современная формула прикладной инженерной науки: экологическая задача превращается в технологическое решение, а технологическое решение – в экономический результат.

Инженерная карта будущего страны
Именно такие примеры заставляют по-новому взглянуть на региональное развитие. В опубликованной ранее в газете «LITER» статье «Сильные регионы - архитектура будущего Казахстана» автор этих строк предложила концепцию «20 регионов – 20 стратегических миссий», предусматривающую формирование долгосрочной экономической специализации каждой территории с учетом ее конкурентных преимуществ, научно-технологического потенциала и будущих потребностей экономики. Однако дальнейшее развитие этой идеи подводит к принципиальному вопросу: насколько регионы действительно готовы к технологическим изменениям?
Мы располагаем статистикой промышленного производства, инвестиций, занятости и инфраструктуры. Но эти показатели не дают полного представления о способности территорий самостоятельно осваивать новые технологии, создавать инновационные продукты и обеспечивать сложные производственные процессы. Наличие крупного месторождения еще не означает готовности региона к глубокой переработке сырья. Для этого необходимы доступная энергия, водные ресурсы, транспортная инфраструктура, современные технологии, квалифицированные специалисты и научное сопровождение.
Без комплексной инженерной оценки даже значительные инвестиции способны закреплять сырьевую специализацию, не создавая новых источников экономического роста. Поэтому представляется перспективным разработать Национальный индекс инженерной готовности регионов – Engineering Readiness Index (ERI), который оценивал бы не только существующий промышленный потенциал, но и способность регионов внедрять передовые технологии, создавать новые продукты, развивать инженерные компетенции, повышать ресурсную эффективность и модернизировать предприятия.
Индекс мог бы объединять показатели технологической зрелости промышленности, обеспеченности инженерными кадрами и исследовательскими организациями, инфраструктурной готовности, коммерциализации научных разработок, цифровизации производств и способности предприятий внедрять наилучшие доступные техники.
Однако оценка инженерной готовности региона должна дополняться оценкой зрелости самих технологий. В международной практике для этого применяется шкала Technology Readiness Levels (TRL), включающая девять уровней – от формирования научной идеи и проверки принципа до подтвержденной работы технологии в реальных условиях эксплуатации. Разработки на ранних уровнях TRL нуждаются прежде всего в исследованиях, испытаниях и пилотной инфраструктуре, тогда как технологии, достигшие высоких уровней готовности, могут рассматриваться для промышленного масштабирования при условии подтверждения их экономической эффективности, безопасности и экологических характеристик.
Совместное использование ERI и TRL позволило бы оценивать две взаимосвязанные стороны технологического развития: готовность территории к освоению новых производств и готовность конкретной разработки к внедрению. Это особенно важно для принятия инвестиционных решений, поскольку даже перспективная технология не принесет ожидаемого результата там, где отсутствуют необходимые инженерные кадры, инфраструктура и производственные компетенции.
Следующим шагом могла бы стать Национальная инженерная карта будущего Казахстана – инструмент долгосрочного технологического прогнозирования, объединяющий стратегические миссии регионов, перспективные производства, уровень готовности технологий, инфраструктурные ограничения, инвестиционные потребности и прогноз спроса на инженерные кадры. Если индекс покажет, насколько регион готов к технологическому развитию, то инженерная карта должна определить, какие решения необходимы для реализации его потенциала. Именно так можно перейти от традиционного вопроса: «Куда направить инвестиции?» к более содержательному: «Какую экономику мы хотим создать на этой территории через двадцать лет и что для этого необходимо сделать сегодня?».
Экологическая модернизация как двигатель технологического развития
Особое значение такой подход приобретает в условиях реализации Стратегии достижения углеродной нейтральности Казахстана до 2060 года. Ее необходимо рассматривать не только как выполнение климатических обязательств, но и как возможность глубоко обновить технологическую базу экономики. Казахстан может преимущественно закупать зарубежные технологии, оплачивая их внедрение и обслуживание, либо использовать экологический переход как стимул развития собственных инженерных школ, прикладных исследований и производства оборудования. Разумеется, технологическая самостоятельность не означает отказа от международного сотрудничества. Она предполагает способность осознанно выбирать, адаптировать и совершенствовать технологии, наращивая собственные компетенции.
Одним из ключевых инструментов такого обновления является внедрение наилучших доступных техник (НДТ) согласно принятому Экологическому Кодексу РК. В настоящее время утверждены 24 отраслевых справочника по НДТ, формирующих научно-техническую основу экологической модернизации промышленности. Их значение не ограничивается снижением отдельных загрязняющих выбросов. Современный подход к НДТ предусматривает комплексную оценку воздействия производства на окружающую среду, повышение энерго- и ресурсоэффективности, рациональное использование воды и сырья, предупреждение образования отходов и недопущение переноса загрязнения из одной природной среды в другую.
Международный опыт показывает, что экологическая модернизация все теснее связана с цифровизацией и управлением технологическими процессами. Как показало знакомство с британским опытом в ходе научной стажировки автора этих строк в Великобритании по вопросам низкоуглеродного развития, при определении наилучших доступных техник (НДТ) здесь особое внимание уделяется эффективности производств и устойчивости предприятий к климатическим рискам. В Республике Корея развиваются решения на основе искусственного интеллекта, промышленного интернета вещей и непрерывного мониторинга выбросов, позволяющие не только контролировать экологические показатели, но и оптимизировать расход энергии и материалов. Для Казахстана это означает необходимость рассматривать НДТ не как перечень обязательного оборудования, а как инструмент комплексного технологического обновления.
Важную работу в этом направлении проводит Международный центр зеленых технологий и инвестиционных проектов. В подготовке и экспертном обсуждении отраслевых справочников участвуют специалисты промышленности, научных организаций и инженерного сообщества, в том числе представители Национальной инженерной академии. Такая кооперация показывает, насколько востребована независимая научно-техническая экспертиза при выборе экологически результативных и экономически обоснованных решений.
Новые требования к промышленности формируются и на международном уровне. Парижское соглашение предусматривает удержание роста глобальной температуры значительно ниже 2°C и продолжение усилий по его ограничению до 1,5°C. Для Казахстана эти цели связаны с необходимостью сокращения выбросов, модернизации энергоемких отраслей и повышения конкурентоспособности экспортной продукции. В обновленном национально определяемом вкладе Казахстана на период до 2035 года предусмотрено сокращение выбросов парниковых газов на 17% относительно уровня 1990 года и до 25% при условии международной поддержки.
Эти задачи приобретают особую актуальность в ходе COP31, проходящей в эти ноябрьские дни в Анталье. Казахстан представил инициативы по развитию климатического финансирования, возобновляемой энергетики, сокращению выбросов метана, цифровизации энергетической инфраструктуры и международному сотрудничеству в области углеродных рынков. В частности, обсуждается формирование национальной платформы климатических инвестиций, призванной содействовать подготовке и привлечению финансирования для экологически значимых проектов.
При этом практическая результативность климатической политики во многом зависит от действующих экономических инструментов. Система торговли выбросами парниковых газов функционирует в Казахстане с 2013 года. По данным АО «Жасыл даму», представленным в период COP31, она охватывает 145 предприятий и 234 квотируемые установки. Параметры углеродного бюджета предусматривают его снижение со 163,6 млн тонн CO₂ в 2026 году до 148,1 млн тонн к 2030 году. Эти показатели отражают масштаб предстоящих преобразований и необходимость обеспечить промышленность доступными технологическими решениями.
На фоне новых климатических обязательств особое значение приобретает переход от углеродного регулирования как инструмента учета выбросов к реальной технологической модернизации промышленности. Для этого необходимо объединить потенциал системы торговли выбросами, внедрение наилучших доступных техник, инженерную экспертизу и инвестиционные механизмы. Научно-инженерное сообщество Казахстана способно предложить конкретные решения, позволяющие направлять финансовые ресурсы на технологическое обновление предприятий с измеримым экологическим и экономическим результатом. Именно в формировании таких решений Национальная инженерная академия могла бы сыграть важную роль, обеспечивая независимую оценку технологий, их промышленной применимости и эффективности инвестиций.
При этом необходимо учитывать и внешнеэкономические вызовы. Введение Европейским союзом механизма трансграничного углеродного регулирования CBAM усиливает значение достоверных данных об углеродоемкости продукции и эффективности производственных технологий. Для казахстанских экспортеров это не только дополнительное требование к отчетности, но и стимул к снижению удельных выбросов, повышению энергоэффективности и технологическому обновлению. Без собственной инженерной и исследовательской базы адаптация к новым условиям будет сопровождаться растущей зависимостью от внешних технологических решений.

Новая миссия инженерной науки
В этих условиях перед Национальной инженерной академией открывается возможность укрепить свою роль как независимого научно-технологического партнера государства. Речь не идет о подмене функций государственных органов или действующих экспертных организаций. Напротив, необходим дополнительный профессиональный механизм, позволяющий оценивать долгосрочные технологические последствия крупных инвестиционных решений, перспективы внедрения отечественных разработок, риски технологической зависимости и потребность промышленности в новых компетенциях.
Конкретным результатом юбилейного года могла бы стать инициатива по подготовке ежегодного национального доклада «Технологическая готовность Казахстана: регионы, промышленность, инженерные кадры». Такой доклад мог бы объединять оценку инженерной готовности регионов, зрелости перспективных технологий, состояния инженерного образования, результатов коммерциализации научных исследований, возможностей внедрения НДТ и прогноза потребностей экономики в специалистах. Он стал бы не только аналитическим документом, но и основой постоянного профессионального диалога между государством, промышленностью, университетами и научным сообществом.
Однако ни один технологический прогноз не будет реализован без людей, способных воплотить его в жизнь. Сегодня система подготовки кадров во многом ориентируется на потребности существующей структуры экономики, тогда как новые производственные направления требуют компетенций, которые еще только формируются. Искусственный интеллект, роботизация, новые материалы, водородные технологии, цифровое управление производствами и экологическая модернизация меняют содержание инженерного труда. Поэтому необходимо прогнозировать не только количество специалистов, но и будущую структуру инженерных компетенций, развивать совместные программы университетов и предприятий, расширять возможности переподготовки действующих специалистов и практического обучения на промышленных площадках.
Особое значение имеет и общественное признание инженерной профессии. Проводимый академией конкурс «Лучший инженер года» способствует популяризации инженерного труда, выявлению талантливых специалистов и укреплению профессионального сообщества. Но престиж профессии определяется не только наградами. Он зависит от того, насколько инженерная мысль востребована при принятии решений, как оценивается профессиональная ответственность и какие возможности создаются для реализации научных и технических идей.
За 35 лет Национальная инженерная академия прошла путь от задачи сохранения научно-технического потенциала молодого независимого государства до участия в решении сложных вопросов промышленного, инновационного и экологического развития. Сегодня перед ней возникает новая историческая задача – содействовать формированию технологического будущего Казахстана, объединяя знания ученых, опыт инженеров, возможности университетов и запросы реального производства.
Конкурентоспособность государства определяется не количеством разработанных стратегий и даже не объемом привлеченных инвестиций, а способностью превращать знания в новые технологии, предприятия и производственные возможности. Казахстану необходима экономика, в которой регионы не только добывают ресурсы, но и создают интеллектуально емкую продукцию; университеты не только готовят специалистов, но и участвуют в разработке технологий; а инженерные организации не только сопровождают принятые решения, но и помогают определять направления развития страны.
Если раньше инженеров чаще привлекали к решению вопроса, как построить уже запланированное, то сегодня они должны участвовать в определении того, что необходимо строить, почему именно это и какой результат получат будущие поколения.
Именно в этом я вижу новую историческую миссию Национальной инженерной академии Республики Казахстан. Потому что настоящее богатство государства определяется не только тем, что находится в его недрах, но и тем, что способны создать знания, талант и инженерная мысль его граждан.
Гульбазар МЕДИЕВА, доктор экономических наук, академик, вице-президент Национальной инженерной академии Республики Казахстан, научный консультант Международного центра зеленых технологий и инвестиционных проектов, член партии «Әdilet»

