В век социальных сетей у людей появляется все больше способов общения, некоторые из которых не требуют фактического присутствия. Лайки, сторис и короткие реакции создают иллюзию близости, но все чаще заменяют собой живой диалог. Почему онлайн знаки не равны реальному контакту и к чему это приводит, рассказал психолог Василий Банюк в интервью для Liter.kz.

Иллюзия общения – это феномен, при котором человеку кажется, что он общается, хотя на самом деле диалога нет. Проще говоря, дело не заходит дальше реакций на видео и лайков на постах.

Через такие маркеры люди ощущают связь и получают сигналы достаточные для мозга чтобы считывать их как маркеры принятия, значимости и близости.

“С точки зрения поведенческой науки, любая форма обмена сигналами уже является коммуникацией. Лайк – это минималистичный акт подтверждения, комментарий – попытка вербализации, отправленное видео – перенос смысла через образ”, – уточняет Василий.

Можно сказать, что таким образом создают новую, сжатую форму языка, где значение передается быстро, почти импульсивно, что несомненно плюс во времена большого потока информации.

“Однако эти сигналы чаще отражают не реальное отношение к собеседнику, а поверхностные реакции, лишенные глубинной эмоциональной вовлеченности. Возникает классическая ошибка: человек принимает образ за реальное содержание”, – предупреждает психолог.

По словам специалиста, в таком случае социальные сети функционируют как проекционный экран. То, что бессознательная часть мозга принимает за общение с человеком на деле является монологом с собственными мыслями и ожиданиями.

Тем не менее, не стоит рассматривать эти формы исключительно как искажение. Их сила в лаконичности и эмоциональной доступности. Короткое сообщение или визуальный контент способны мгновенно создать ощущение присутствия, особенно на расстоянии. Для поддержания слабых социальных связей, быстрого обмена информацией или эмоционального “касания” такие инструменты оказываются весьма эффективными.

Таким образом получается, что лайки и репосты можно рассматривать как часть или элемент коммуникации, но не как ее полноценную форму.

У феномена есть еще один интересный побочный эффект.

“Иллюзия общения закрепляет избегающее поведение: человек привыкает к контролируемому, отредактированному взаимодействию и теряет способность выдерживать неопределенность живого контакта”, –  добавляет Василий Банюк.

Для контроля ситуации психолог советует задавать себе верные вопросы: “С кем я сейчас взаимодействую?”, “Что я на самом деле чувствую?”, “Это контакт или его имитация?”.

Главное помнить, что несмотря на риски в живом общении, такие как уязвимость, возможность непонятности и страх быть отвергнутым, это и делает такие взаимоотношения настоящими.

Но что, если мы не знакомы с человеком, но при этом всегда видим его у себя на экране?

“Регулярное наблюдение за фрагментами чужой жизни, фотографиями, мыслями, реакциями – создает ощущение осведомленности, а значит, иллюзию включенности в жизнь другого. Психика фиксирует повторяющийся образ как нечто знакомое, а знакомое, в свою очередь, начинает восприниматься как близкое”, – объясняет эксперт.

Как рассказывает психолог, эта “псевдоблизость” конечно не имеет взаимности и с точки зрения когнитивно-поведенческих механизмов, дальше работает эффект “достраивания”. Мы воспринимаем отредактированный контент за достоверный и в последующем считаем, что хорошо знаем человека и можем понять его ход мыслей и чувства.

Если капнуть глубже, то для человека все люди в ленте становиться частью внутреннего мира через образ. Там каждый персонаж выполняет функцию раздражения, принятия, мотивации, зависти, близости и других. При этом реакция на слова и действия “персонажей” вполне подлинная, как при общении с человеком напрямую. 

“Но источник этих эмоций – не реальное взаимодействие, а интерпретация наблюдаемого образа. И в итоге, связь становится асимметричной: один человек переживает «отношение», в то время как другой может даже не подозревать о его существовании”, – объясняет специалист.

Основной риск – рост количества отношений как первого, так и второго типа приводит к “инфляции отношений”. То есть, на фоне числа падает качество выстраиваемых и сохраняемых связей. Они перестают требовать усилий и присутствия, а значит, перестают трансформировать личность.  В то время как реальное общение ускоряет развитие через контакт с другими и умение слушать и быть услышанным.

Но и взаимоотношения бывают разных типов, так какие из них наиболее уязвимы к подмене реального взаимодействия виртуальной коммуникацией и по каким причинам?

“Наиболее чувствительными к этим изменениям оказываются романтические отношения. Их природа изначально насыщена проекциями, ожиданиями и идеализацией. Социальные сети в этом случае не просто дополняют контакт, а усиливают склонность к созданию “воображаемого партнера””, – разъясняет психолог.

Именно в таких отношениях по наблюдениям специалиста эмоциональное восприятие всех маркеров сильнее всего. Более того, это приводит к усилению образа, который может сильно отличаться от реального человека, особенно на ранних этапах отношений. На бессознательном уровне партнер становится носителем внутренних ожиданий, а не автономной личностью. В результате связь может переживаться как интенсивная, но оставаться поверхностной и нестабильной.

Схожие последствия и у цифровых взаимодействий в дружеских отношения, но с определенными различиями.

“С одной стороны, она менее нагружена идеализацией, с другой – именно в дружеских отношениях легко возникает иллюзия «поддерживаемого контакта”, – считает Василий.

На этом фоне семейные узы выглядят более устойчивыми. Но, как и в случаи с остальными взаимоотношениями продолжительная замена реального общения сигналами в соц. Сетях пагубно влияют на устойчивость связей.

“Виртуальные формы могут поддерживать отношения на расстоянии, снижать напряжение в конфликтных ситуациях, давать время на осмысление характера обратной связи. Для некоторых людей это становится мостом к более глубокому контакту. Однако ограничение остается принципиальным: чем более значима связь, тем больше она требует реального присутствия”, – заверяет эксперт.

Но если со связями все стало понятней, то что с самим человеком и его восприятием?

Меняется не только форма коммуникации, но и само переживание отношений.

“Психика “обучается” обходить сложные эмоциональные состояния, вместо того чтобы перерабатывать их”, – говори Василий.

Несмотря на постоянную “связь”, возникает дефицит глубины: не хватает эмпатии, живого отклика и совместного опыта. Это создает парадокс, при котором у человека десятки или сотни подписок и знакомых, но стабильное чувство одиночества.

Цифровая коммуникация может быть полезной как безопасный этап для общения, но, если она становится основной формой взаимодействия, это ведет к эмоциональному выгоранию, тревожности и обеднению отношений. В итоге страдает не только качество общения, но и целостность личности.

А может ли такое общение снизить мотивацию к реальному общению?

Скорее да, чем нет, считает специалист:

“С точки зрения когнитивно-поведенческой логики, это формирует устойчивую связку: минимум усилий – достаточное ощущение социального включения”

На этом фоне реально взаимодействие требует больше усилий и при этом имеет меньшую стабильность. Однако сама потребность никуда не исчезает.

В конце мы решили узнать какие практики или упражнения можно делать людям, которые много времени проводят в онлайн-общении, но при этом ощущают нехватку реального, живого взаимодействия.

Во-первых, посоветовали задавать себе вопрос, что сейчас было, контакт или его имитация. Чувствуете ли вы эмоциональное возбуждение или воспринимаете действие как рутину.

Во-вторых, нужно стараться контролировать фоновость соц.сетей. Стараться фиксировать причины входа в приложения и мессенджеры.

Самое главное делать небольшие шаги к реальному общению. Короткие звонки, встречи на несколько минут и прямые вопросы, а не личные интерпретации на действие в сети.

В основе всех рекомендаций стоит возвращение к реальному опыту общения. Иллюзия возникает там, где человек начинает путать сигналы с настоящим контактом. Подлинное взаимодействие требует времени, внимания и готовности к неопределенности, но именно оно дает то, что невозможно заменить цифровыми форматами.