Новости Казахстана Новости мира Политика Экономика Коррупция

"Во главе угла стоит профессионализм, а не крики и хайп в соцсетях": интервью с замруководителя Судебной администрации

Елдос Жумаксанов рассказал о работе судей.

05.11.2022, 15:30
"Во главе угла стоит профессионализм, а не крики и хайп в соцсетях": интервью с замруководителя Судебной администрации

Сегодня, 5 ноября, в гостиной газеты “Литер” интересный собеседник – судья апелляции, заместитель руководителя Судебной администрации Елдос Жумаксанов. Пожалуй, он самый известный судья в нашей стране: активен в соцсетях, выходит там в прямые эфиры, комментирует посты юристов, блогеров, журналистов, которые порой играют на грани фола, допуская нелицеприятные реплики о работе судей. Он ответил на самые популярные вопросы о работе суда и поделился личным опытом, передает Liter.kz.

– Елдос Шаганович, ваш номер мобильного выложен в Интернете, вы ежедневно разъясняете в соцсетях, иногда спорите, вступаете в полемику. Понятно, выстраиваете информационную политику, и весь судейский корпус негласно берет пример с вас. Но давление-то общественное растет, особенно, когда суды рассматривают громкие дела...

– В любой сфере во главе угла всегда стоит профессонализм. И в суде. Никакие хайп, крики в соцсетях не будут решающими для любого судьи. Политика Верховного суда (ВС) направлена на укрепление открытости и прозрачности системы взаимодействия не только со СМИ, но и с общественностью. Что мы сделали? В 2020-м руководство ВС приняло решение образовать Центр коммуникаций (ЦК). Сейчас эту структуру возглавляю я. Работа пресс-службы Верховного суда переформатирована, в команду ЦК влились трое судей-координаторов по работе со СМИ – по уголовной и гражданской специализации и по административным делам.

Центр коммуникаций координирует работу всех пресс-служб судов и судей-координаторов по стране. Получается, в команду ЦК вошли около 60 человек. Для судей-координаторов это общественная нагрузка, она не оплачивается.

Уже года три, как мы переняли опыт Швеции: и наши судьи сами пишут пресс-релизы и при необходимости в ходе брифинга разъясняют суть вынесенного судебного акта. Это считаю правильным: никто лучше самого судьи не знает нюансы дела и аргументы принятого решения. Потом судья передает релиз пресс-службе суда, которая публикует его в соцсетях. И, если после дело обжаловано или пересмотрено, недоразумений быть не должно, чтобы не сказали, что дело в районе рассматривалось, а его комментирует судья области или ВС...

Поначалу только в Facebook было 300 аккаунтов судов, судей и работников судов. Плюс семь профессиональных групп. Получалось, что одна сторона направляет семь жалоб по одному вопросу... Поэтому, проанализировав, оптимизировали процесс.

На сегодня в Facebook мы оставили одну группу “Smart-сот – IT-правосудие KZ”. Видим весь поток обращений и можем своевременно на них реагировать. Аккаунты судов объединены в 21 корпоративный, к примеру, “Алматы облысы соттары”, “Шымкент соттары” и другие. Изучили сами обращения: оказалось, половина связана с тем, что люди не могли дозвониться до секретаря судьи и получить судебный акт, в некоторых судах хромало извещение сторон, “судебный кабинет” иногда не работает, то есть чисто технические вопросы. Секретарь на процессе и трубку, конечно, не берет, канцелярия не может быстро реагировать, а люди ждут, потому возникало напряжение. Только по Алматы за год было таких около семи тысяч обращений. Решили организовать горячие линии WhatsApр-номеров судов крупных городов, закрепили специалиста, он отвечает на все сообщения. Так, большая часть обращений ушла с Facebook на WhatsApр.

Есть те, кто не согласен с судебными актами. Их выпады часто на эмоциях, понимаем. Вот по пути к вам написал пост: вспомнил, что ровно 16 лет назад началась моя судейская карьера. Тут же читаю комментарий сокурсника. Он написал: “Вы когда-то были для меня идеальным юристом, но после одного судебного решения разочаровался в вас. Теперь вы просто Жумаксанов без имени”. Что ж?

Моя профессия – симбиоз анализа сложных жизненных хитросплетений, сопоставление с подобными делами (все уже когда-то и где-то было), постоянный напряженный интеллектуальный труд. Судья обязан выносить решение, четко ссылаясь на закон, без эмоций, не оглядываясь на то, как тот отреагирует на него, как другой посмотрит...

– Иногда люди пишут в соцсетях, что Верховный суд закрылся от людей, невозможно попасть к руководству ВС на прием...

– Да, многие хотят попасть на прием к председателю ВС и председателям коллегий. Писал об этом ранее в соцсетях. Прием сам по себе не основан на законе. Предположим, придут люди на прием и будут выслушаны председателем ВС. А дальше? Он ведь не вправе позвонить и сказать судье: “Ну-ка, посмотри дело повнимательнее, прими решение» и т. д. Почему? Потому что это называется вмешательством в отправление правосудия, и этого не позволяет закон! Ни председатели судов, никто другой не вправе вмешиваться в работу судьи, давать ему поручения. Судья независим: ни от кого, ни от чего.

К тому же, если на приеме была одна сторона, то получается, что ее оппоненты в споре остались не выслушаны. Где же здесь тогда равноправие?

Этот вопрос обсуждался с юридическим сообществом. И по его итогам проведена пресс-конференция в Службе центральных коммуникаций при Президенте РК. Там представители Верховного суда, Генпрокуратуры и республиканской коллегии адвокатов подробно разъяснили, почему председатели судов и судьи не имеют права встречаться со сторонами по делу вне судебного заседания. Это практика всех развитых государств. Тогда же решено, что председатели судов вправе принимать людей только по вопросам организации судопроизводства, но не по конкретным делам.

По закону принимать решение по делу может только судья, который его рассматривает. Поэтому стороны должны защищать свои права и интересы, только строго соблюдая судебные процедуры. Повторюсь, ничто и никто не должен оказывать давление на судью! Да, мир не идеален, но мы придем к этому. Только вперед, соблюдая принцип невмешательства в дела судов, можно построить Новый, Справедливый Казахстан.

В 2021-м судьи каждый день выносили пять тысяч итоговых судебных актов (в том числе и по материалам). Разрешили 700 тысяч гражданских споров и 500 тысяч дел по правонарушениям. Значит, ежедневно каждый судья принимал в среднем 11 решений, а в столице и Алматы – до 50.

Центр приема граждан в Генпрокуратуре был создан еще в 2016-м (еще в бытность Асанова генпрокурором). Сейчас в этом центре граждан, не согласных с решениями судов, принимают представители Генпрокуратуры и Верховного суда. Причем со стороны верховного – не судьи, а сотрудники аппарата.

Отмена – отмене рознь!

– У вас 16-летний судейский стаж. Наверняка были и изменения ваших решений, а может, и отмены… Как судьи реагируют на такое? Вы переживали?

– Знаете, каждый судья переживает за любую корректировку его судебного акта. Это нормально. Судьи – тоже люди. Я всегда анализировал отмену или изменение своих решений, где неправильно применил норму. Переживал сильно, конечно, расстраивался. С опытом отмен и корректировок стало гораздо меньше. Когда вышестоящая инстанция корректирует судебный акт, это не всегда означает, что вынесший его судья – неграмотный. Корректировка бывает разной. Допустим, ты все доказательства и доводов сторон исследовал, отразил это в решении, а вышестоящий суд говорит: «Ты хорошо исследовал, но выводы твои неправильные, решение надо принять такое». Это нормально, когда коллегия из числе судей с опытом и со стажем поболее твоего, мастодонты, словом, поправляют тебя. Они ведь говорят с точки зрения практики.

Бывают тонкие моменты. Например, подается иск о взыскании денежных средств с работодателя. Судья смотрит: это гражданско-правовые или все-таки трудовые отношения? Иногда судья, применяя норму, ошибается на стыке двух подходов, двух прав. Случается, что и вышестоящая коллегия говорит: "Нет, это не "белое", а "черное". Тогда коллегия указывает, было ли грубое нарушение норм процессуального или материального права, и соответственно дальше идет рассмотрение вопроса об ответственности судьи.

Но отмена – отмене рознь! Иногда читаю посты и удивляюсь, насколько люди не последовательны. Вот пишет сторона процесса, мол, отменили приговор, давайте судью уволим, прогоним, чуть ли не расстреляем. А в другом случае, когда судью увольняют за непроцессуальный контакт, говорят: "Ой, да это правильный судья, почему его увольняют?" и так далее. Сколько людей – столько мнений.

Кто-то недоволен наказанием, кто-то проиграл гражданский спор. 100% удовлетворения обществом судами нет ни в одной стране мира, как бы ни была сильна она в развитии. И мы не исключение.

А почему судью не увольняют за отмену?

– За отмену или изменение судебного акта сразу наказать или уволить судью нельзя. Наказать его может ВСС, если вышестоящий суд (и никто другой) при пересмотре установит грубое нарушение закона.

Процедура привлечения судьи к ответственности длится в среднем до года. Так работает принцип независимости суда. Это необходимо, чтобы порядок не стал “дамокловым мечом” над неугодными. И, пока идет проверка, судья продолжает работать. По закону.

Мы были в Англии на стражировке по “Болашаку”. Британские коллеги, делясь опытом, говорили, что, когда вышестоящий суд отменяет решение нижестоящего, это нормальная практика. Я юрист и даю свою оценку по делу, и с этой моей позицией может не согласиться вышестоящая инстанция. Тут нет ничего крамольного.

Уже говорил, насколько сложен труд судьи, как ответственен. Рассматривая дела, всегда понимал, что за каждым их них стоят судьбы людей. Они приходят в суд в поиске справедливости и торжества закона, очень важно, чтобы эта вера осталась.

– Давайте перейдем к сложному. Сколько судей было привлечено к уголовной ответственности в этом году или находятся под следствием?

– В 2015 году в орбиту уголовного преследования попал и был осужден один судья. В 2016-м – 0, в 2017-м – два, в 2018-м – восемь, в 2019-м – 13, в 2020-м – девять, в 2021 году – шесть. Но это вовсе не говорит о том, что раньше судьи были хорошие, а с 2018-го вдруг стали плохие. Это показатель того, что руководство ВС перестало под любым предлогом покрывать судей. Не секрет: раньше запятнавшим свою репутацию судьям предлагали уйти "по-тихому" с работы. Есть факт взятки – наказание неминуемо. Потому что это преступление – уголовно-наказуемое деяние.

Вы видите, сейчас судей на взятках попадается меньше. Думаю, судьи и сотрудники судов поняли, что прикрывать никто никого не будет, поэтому ввязываться в сомнительные дела стали меньше. Эффект налицо.

Это сработал комплекс мер, принимаемых ВС совместно с его Службой безопасности, Антикором, КНБ. В действии политика страны, которая направлена на очищение госаппарата от недобросовестных людей.

К сожалению, часть моих коллег дискредитировала свой высокий статус: за пять лет наказаны 467 (20 процентов от всех судей). Под угрозой неминуемого увольнения из системы ушли сами 60 человек. 407 привлечены к дисциплинарной ответственности (понижены в должности, получили замечание и выговор, уволены по отрицательным мотивам). Осуждено 20 судей. И еще: 463 из тех 467 – были назначены до 2018 года, т. е. они прошли по старому формату отбора.

Один нелицеприятный факт подрывает авторитет всех судей. Потому ужесточена уголовная ответственность судей. Сейчас за взятку лишают свободы до 15 лет. Им “не светит” ни УДО, ни перевод в колонию-поселение. ВС нацелен улучшить качественный состав судейского корпуса, стимулировать рост профессиональной квалификации судей, повысить ответственность за законность и самосовершенствование.

Установки посадить любой ценой – нет

– Кстати, чиновники, которых силовики открыто обвиняли в коррупции, и им грозили длительные сроки, были оправданы в Верховном суде. Почему?

– За последние три года видим рост оправданных казахстанцев в семь раз по тяжким и особо тяжким преступлениям. Если любой чиновник, судья, менеджер совершает коррупционное преступление, его ловят и наказывают. Если следствие плохо сработало, не доказало вину человека, суд его оправдает. Установки посадить человека любой ценой нет.

Если вы помните, в 2012-м случился большой скандал, были уволены судьи Верховного суда. В прошлом году в СМИ писали о судье Верховного суда Жангутдинове. Он работал в Высшем судебном совете (автономный от ВС госорган). В Высший судебный совет делегируются судьи районного, областного уровня и ВС. На тот период их полномочия судьи приостанавливаются, но статус сохраняется. Жангутдинов в статусе судьи Верховного суда, являясь членом Высшего судебного совета, совершил правонарушение. И он был осужден по фактам своей работы в Высшем судебном совете не за то, что рассматривал дело  как судья ВС.

Наш Центр коммуникаций в тот же день подтвердил этот факт и опубликовал пресс-релиз. Если быть точнее, первыми опубликовали его на сайте Верховного суда, что в отношении Жангутдинова судом санкционирован арест. Это неприятно, страдает репутация судейского корпуса, но, если факты подтверждаются, судей никто прикрывать не станет. Такие времена в прошлом.

Пользуясь случаем, еще раз поясню ситуацию по недавней информации о том, что якобы семь представителей Верховного суда играли в казино. Мы проверили: ни судей ВС, ни сотрудников его аппарата в этом списке нет. Там “засветились” трое судей местных судов и четверо госслужащих. Так вот, двое из судей ранее уволены, третий – переведен в райсуд, уволен один из госслужащих. Материалы в отношении двоих оставшихся судей уже направлены в Комиссию по этике регионов (Павлодарская и Алматинская области), а одного сотрудника суда – в Агентство по госслужбе.

– Ваш ежедневный график всегда расписан – это не режим судьи… вэВ залах заседаний которого всегда “жарят тело”?

– Есть такое. График плотный. Но мы привыкли: на судебных процессах от накала страстей еще как “парит”… Рад был побывать у гостях у “Литера”!

Жазира ЖАКИМ, Астана

Новости партнеров
×